Мой палач. Реквием (СИ)

Я не чувствую боли физической, но внутри…Боже, я подыхаю.

— Тимур, не лезь! Ты сгоришь сейчас нахрен!

— Отвали, отпусти меня. Ася! Амели, Эмир!

Кто-то тащит меня из огня, а я не могу. Вырываюсь и бегу к салону. Весь развороченный, стекла посыпались от взрыва, все горит, алые языки пламени выжигают все дотла. Взорвались. Они ехали на этой ауди, они взорвались только что…

— Пусти!!! Я им нужен, Ася!

Ору, видя это дикое пламя, пока Виктор с силой не хватает и не встряхивает меня за плечи.

— Тимур, все! Не надо.

— Неет! Не может быть, неет! Девочка моя. Нееет! Ася, я здесь, скажи мне где ты, где ты?!

Убираю от себя руки Виктора, отталкивая его.

На разгоряченном асфальте недалеко от меня что-то поблескивает. Кольцо Аси, которое я дал ей прямо в руки. Оно с ней было. С ней.

Осторожно беру в руки это кольцо, обжигая ладонь, с которой почему-то валит кровь. С другой руки тоже. Я не могу двигаться. Как застыл весь. Они взорвались.

Я выгребаю этот горящий металл, но их нет. Все разрушено, все дотла просто сгорело.

Где-то воет сирена ментов наряду с пожарными. Слышу голоса своих людей и перестрелку прямо за спиной, а пошевелится не могу. Самое ценное. Булат забрал самое дорогое, что у меня было…Снова.

— Ааа! Аааа!

Я на трассе на коленях сижу. Словно по рукам и ногам связан. Встать не могу. Дышать не могу. Из глотки крики вырываются, меня всего трясет, я не могу поверить в это, я просто…не могу.

— Тимур, мать твою, очнись! Садись в машину, быстро, давай! Виктор. Он снова тащит меня куда-то, в то время как я смотрю на догорающие языки пламени, а после перевожу взгляд назад на дорогу. Люди Булата. Они уже здесь и один из этих тварей уже целит в меня.

— Пригнись, палят! — Отойди!

Толкаю Виктора в сторону, достаю ствол и уничтожаю этих тварей. В плече что-то щемит, но я не чувствую боли. Я теперь вообще, блядь, ни хера не чувствую.

Я стреляю до тех пор, пока патроны не кончаются и больше не вижу людей Булата, а после Виктор буквально затаскивает меня в какую-то машину и увозит.

Я не упираюсь больше. Я уже сдох.

Ася сердце мое была.

Всегда. А я не могу жить без сердца. Они погибли и я подох вместе с ними.

Глава 30

Я не очень помню, как Виктор дотягивает меня до дома. Меня всего трясет и это не проходит.

— Тимур, не упирайся, сиди спокойно! Кто-то держит меня за плечи и я замечаю старого знакомого врача.