Мой нежный цветок

И ты прекрасно знаешь, почему я не остался с тобой прошлой ночью.

Если честно, выглядел он так, словно вообще не ложился. У губ залегли глубокие морщины, на лицо легла тень усталости. Ей внезапно стало стыдно за свои претензии, когда у него столько забот."

"В раскаянии она заговорила гораздо мягче: , — Да, я знаю почему. Но мне хочется, чтобы ты понял, Бенедикт. Пусть нам нельзя заниматься любовью. Но если бы ты хотя бы проводил ночи вместе со мной, мне было бы куда проще смириться с твоим отсутствием в дневные часы.

— Спать подле своей жены, зная, что занятия сексом с ней под запретом, — это требует от человека поистине титанических усилий. Тут надо быть сверхчеловеком, чтобы сохранить контроль над собой. Но если ты так настаиваешь, можно попробовать. И прошу тебя, не считай меня каким-то деспотом, тиранящим тебя ради собственного удовольствия.

— Я понимаю. И вижу, что ты действительно очень занят.

Он дотронулся губами до ее рта.

— Тогда, пожалуйста, для твоего же блага, оставайся здесь, пока у меня не появится время, чтобы сопровождать тебя.

— Да, да! — Она поежилась при воспоминании. — Я замирала от ужаса каждый раз, когда ты нажимал на газ. А когда мы завернули за угол и оказались нос к носу с ослом, впряженным в тележку, не оставляющим нам никакого пространства для проезда, у меня едва не случился сердечный приступ.

— Поэтому мне даже подумать страшно, что ты сядешь за руль незнакомой машины на незнакомой и не прощающей промахов дороге.

— Я верю тебе, — мягко сказала она. — И ты можешь верить мне. Обещаю, что не сделаю ни шагу за пределы имения.

— Спасибо! — Мгновение ей казалось, что он хочет поцеловать ее. Его руки поднялись, готовые обнять ее. В последний момент он отпрянул.

— Увидимся за ужином.

— Разве не раньше? А как же обед?

— Я поем с полевыми рабочими. Но если ближайшие пару дней я успешно поработаю, мы сможем выбраться на уикенд в мою летнюю резиденцию на Сицилии.

Чуда не случилось. Отложить пришлось не только предполагаемую поездку на Сицилию. Их двухнедельный визит затянулся вначале до трех недель, потом — до месяца. Из замечаний, оброненных им, Касси знала, что работы остается невпроворот. Поэтому она крепилась, не задавая вопросов ни о дате отъезда, ни тем более о возвращении назад, в Соединенные Штаты.