Мой нежный цветок

От Касси, в частности, требовалось поддерживать с ним постоянную связь, хотя бы для того, чтобы подтвердить, что все идет по составленному ими совместно плану.

В солнечный день, когда они с Патрицией явились, чтобы получить окончательные инструкции относительно круиза, он представил им Бенедикта Константине. Друг детства Нунцио, Бенедикт жил по большей части в Нью-Йорке, руководя оттуда международным семейным бизнесом, связанным с выращиванием и переработкой цитрусовых.

— В основном это бергамот, — рассказывал он.

Позднее, когда речь зашла о жизни в Нью-Йорке, он улыбнулся Касси с особенной теплотой и сказал:

— Мне нравится жить там — энергия большого города придает сил. Но сейчас для меня привлекательней делить свое время между Нью-Йорком и Западным побережьем. Калифорния имеет одной лишь ей присущее очарование.

Плененные его европейским шармом и галантностью, Касси и Патриция охотно согласились пообедать с мужчинами. Стол был накрыт в прекрасном частном саду.

Три часа пролетели незаметно. И даже если Касси и позволила себе пофантазировать, вообразив, что новый знакомый проявил к ней нечто большее, чем мимолетный интерес, то следующая встреча позволила ей убедиться, что ее догадка не была лишена оснований.

Требовательный стук в дверь прервал ее воспоминания.

— Я видела, как ты вошла. Выглядела ты.., как-то странно. Все в порядке?

Приход подруги вновь вызвал слезы.

Патриция поспешно закрыла дверь, чтобы сдавленные рыдания не достигли посторонних ушей, и прошептала:

— Касси, ты меня пугаешь. Последний раз я видела тебя такой расстроенной на похоронах твоей матери.

— Я вовсе не хотела плакать, — прошептала Касси. Пошатываясь, она добрела до стола и упала в кресло.

Патриция пристроилась на его ручке и, ласково поглаживая Касси по голове, взмолилась:

— Ну говори же! Что бы ни случилось, вдвоем мы справимся.

— Не теперь, — шмыгнула носом Касси, она все больше проникалась жалостью к себе. — Я одна виновата во всем.

— Может быть, не так уж все плохо.

— Хуже некуда. Это.., ужасно. Позорно.

— Позорно? — повторила Патриция. На этот раз ее тон был недоверчивым. — Я знаю, что с утра ты куда-то отлучалась. И до ухода прекрасно выглядела.