Мой неидеальный мужчина

Камеры по периметру вырубай нахрен, и можешь быть свободен. Я долго не задержусь. Только поздороваюсь...

Ася.

Золотое перо касается документа в том месте, где нужно поставить подпись. Моя рука настолько сильно дрожит, что вывести первую букву мне так и не удаётся, потому что в голове набатом звучит его голос: «Это твой выбор, любимая...»

Пальцы не в состоянии надавить на лист и завершить росчерком процесс бракосочетания. Тяжелая ручка прытко выскальзывает из руки, шумно ударяясь о стол. За ней скатываются слёзы, разбиваясь брызгами о желтый металл.

— Прости... Мне очень нужно в дамскую комнату.

Не могу! Не могу просто так взять и всё перечеркнуть. Не могу забыть его. Не могу вырвать из своего сердца. Не в силах выбросить из головы."

"— Ты бледная, Настя, — Павел настороженно осматривает моё лицо. — Позволишь? Я отведу тебя.

— Извините меня, ради Бога... Я... сейчас вернусь, — лепечу я, поднимаясь со стула и подхватывая со стола клатч.

От эмоционального перенапряжения у меня кружится голова и не переставая мутит.

Аппетита не было с самого утра. Всё, что я смогла в себя затолкнуть — пару фруктовых йогуртов и круассан.

— Я подожду здесь, — останавливается у двери женской уборной.

— Не нужно. Можешь возвращаться к ним. Я освежу лицо и вернусь.

Скрываюсь от Павла за дверью туалета и с облегчением выдыхаю. Мысль о том, что я совершила самый глупый поступок, втянув его в наши с Дмитрием неурядицы, не покидает меня, заставляет испытывать вину.

Кожа горит огнём, будто кто-то неустанно думает обо мне. Открываю кран с холодной водой и увлажняю ладони. Прикладываю их к раскалённым щекам. Прохлада немного снимает жар, помогает прийти в себя и побороть тошноту.

Подтерев потёкшую тушь, разглядываю себя в зеркале и не понимаю, почему я всё ещё здесь.

Я не смогла переспать с Максом, не решилась выйти за Павла. Так какого черта я себя мучаю? Живьём загоняю в кипящий котёл. Ведь каждый раз убеждаюсь в том, что Дмитрий, даже находясь на расстоянии, способен крепко удерживать меня рядом с собой за горло. И эту удушающую, сладостно-мучительную связь я не в силах разорвать, как бы не старалась. Хуже всего то, что я испытываю от этого какой-то извращённый кайф.