Мой (не)выносимый сосед

Моментов с Арсом мне не жалко, а вот про Лютика делиться я почему-то не готова.

*** Возвращаюсь домой я ближе к пяти. На улице уже темнеет, зимние сумерки сгущаются вокруг меня за считанные минуты. После утреннего снегопада потеплело, и ботинки месят тающую грязь. Нажимаю ""вызов"" на домофоне, только сейчас понимая, что забыла позвонить и предупредить, что иду.

Вдруг он ушел?

Пока вслушиваюсь в скрипучие гудки транслятора, рассеянным взглядом скольжу по двору и замечаю свою очищенную от снега машину. На губах начинает играть нервная улыбка.

– Лиз, ты? – доносится Сашкин голос из динамика.

– Да.

Пиликает открывшаяся дверь. И сердце тут же срывается на бег, а адреналин подскакивает в крови до шкалящих величин от осознания, что я сейчас поднимусь, а там он.

И никакие обиды, опасения и предубеждения не способны это остановить. Чисто телесная, глубинная реакция на голос другого человека, переломанный домофоном.

И как это контролировать? Никак…

Если кто-то может, то я нет.

***

Входная дверь предусмотрительно оставлена открытой, чтобы не ждать, пока я поднимусь.

– Привет, – кричу, пытаясь перебить музыку.

Сашка выглядывает из комнаты, салютует мне, едва заметно криво улыбнувшись, и снова исчезает в дверях. Сглатываю, теряясь, потому что в моем понимании он почти голый. В одних спортивных серых штанах, босиком, с обнаженным торсом.

Через пару секунд становится тихо – Сашка прикрутил звук.

– Привет, я тут обживаюсь. Слушай, Лиз, где у тебя швабра? Я не нашел – только тряпку, – орет мне из комнаты.

– А я без швабры! – кричу в ответ, разуваясь, – у меня робот- пылесос хорошо моет, а если что – можно тряпкой протереть.

Снимаю шапку, вешаю пуховик.

– А, ясно, – доносится из комнаты.

– Дать пылесос? – спрашиваю, идя по коридору к его комнате.

– Не, я уже по старинке на четвереньках справился, – смеется немного и хрипло, – Но в следующий раз – да!

Застываю на пороге его комнаты, подпирая плечом косяк.