Мой (не)выносимый сосед

– Во-он в тот гостевой дом, красный кирпичный, – кивает в сторону узкой трехэтажной гостиницы вниз по склону.

Засовывает руки в карманы куртки поглубже, выставляет плечи вперед, словно ему зябко, и мы, не разговаривая, идем дальше.

– Саш, извини, – бормочу еще метров через пятьдесят, не выдерживая этого режущего молчания между нами, – Просто ты так улыбался…Все эти девушки вокруг…И я…

Замолкаю под его давящим косым взглядом. Отворачивается, по щекам прокатываются желваки. Начинаю догадываться, что просто пытается успокоиться и не говорить на повышенных тонах.

Не все это любят. Особенно мужчины. Я росла среди толпы братьев и хорошо отслеживала подобные реакции. Поэтому теперь тоже покорно молчу. Внутри чуть отпускает, потому что это значит, что ему не плевать, чем кончится разговор… Было бы все равно, наорал бы при всех и выставил с чемоданом.

Смотрю себе под ноги, меся снежный тротуар. Где-то уже бахает салют. Разноцветные огненные цветы распускаются в черном небе на фоне белоснежных гор.

Сердце невольно замирает от такой красоты, наполняясь робким ожиданием чуда. Уже почти подходим к гостинице Вахтанга. Машинально замедляю шаг, плетясь позади. Не очень-то хочется сейчас сидеть за праздничным столом с незнакомыми людьми, еще и Нину видеть. На мгновение внутри колет иглой тоски по родному дому. Чувствую себя уязвимой…

Вдруг Сашка толкает меня к стене. Так неожиданно, что я охнуть не успеваю, как врезаюсь в кирпич лопатками, а Лютик нависает сверху, упирая руки по обе стороны от моей запрокинутой к нему головы.

Дышит неровно, скользя почерневшими глазами по моему лицу. Чувствую вкус его дыхания на губах, шевеление теплого воздуха на коже, то, как мужское тело вжимается в меня, и как колотится его сильное сердце. Не шевелюсь, замираю, жадно впитывая это всё.

– Ты же просто назло. Из вредности, – дрогнувшим шепотом обвиняет, склоняясь к моим губам.

Киваю, тянусь навстречу. Почти касаюсь губами губ, но Сашка отстраняется на пару миллиметров.

Не дает поцеловать, серые глаза возбужденно мерцают в темноте. Дергает от того, что отдаляется. Хочу уже мириться…

– Считаешь, у меня не было повода? – взвиваюсь, с вызовом встречая его взгляд.

– Лиза-а-а, – тянет Сашка ядовито, почти касаясь моих губ, – Да я устал там как попугай повторять "" Эй, оглянись, видишь во-о-он ту рыжую, расчленяющую тебя взглядом? Это моя девушка"". Ну извини, что не отвешивал при этом пощечины.