Мой (не)выносимый сосед

Кончики пальцев нервно покалывает лишь от одного смешного факта, что он меньше, чем в метре от меня. Физически я близка к состоянию добровольного рабства, но мое ""эго"" все еще пытается отвоевать себе покомфортнее местечко под Сашкиным жарким ветреным солнцем.

– Ничего, – тянет, пристально глядя мне в глаза, – Все хорошо? Не устала?

– Нет, – качаю головой, облизывая губы. Сашкино внимание с глаз перетекает на мой рот.

Пульс едва заметно ускоряется. Странно, вокруг так шумно, а я кажется слышу каждый его тихий вдох.

– Тебе пора идти переодеваться, сейчас уже к Вахтангу пойдем, – сглотнув, снова смотрит мне четко в глаза.

– Я нормально одета.

– У тебя голый живот.

– Не нравится мой живот? – капризно выгибаю бровь.

– Лиз…– Сашка раздраженно фыркает, но в глазах четко вспыхивает пошлый ответ.

И внизу этого самого живота становится тягуче жарко. Ну да…глупости говорю…

– Просто не считаю этого подходящей одеждой для семейных посиделок у старого грузина, – поясняет Сашка через пару секунд.

– Я накину шерстяную кофту, – губы дергаются в нервной улыбке.

Сашка рефлекторно отражает ее, улыбаясь в ответ. У него при этом характерно напрягается нижняя губа, создавая неуловимый эффект оскала, и это тоже мне всегда казалось дико сексуальным.

– Я надеюсь, она будет длинная? – выгибает Лютик бровь, – Потому что задница у тебя будто голая тоже.

– Это обычные штаны! – возмущаюсь.

– Тебе свистят вслед! – тут же тихо рявкает в ответ.

– Они просто пьяны, – отмахиваюсь.

– А тебе это, видимо, просто нравится?!

– С чего ты взял?!

– С того, как ты улыбалась!

– О-о-о, это ты-то мне сейчас запрещать улыбаться будешь? На себя посмотри! – выплескиваю наконец свой яд.

У Сашки на мгновение расширяются глаза, а затем гневно раздуваются ноздри.

– Знаешь, меня, если что, вчетвером не трахнут! – выплевывает мне в лицо.

– А если и трахнут, ты не растеряешься! – психую в ответ.

Трясет. Не хочу слушать! Козел! Задница у меня голая…У-у-у!! Перехватываю дрожащими руками поднос поудобней и пулей отлетаю от барной стойки.

– Через десять минут идем, Лиз! – орет Сашка мне вслед в приказном тоне.

Хочется в ответ показать ему фак.

Сгрузив посуду у мойки, глубоко дышу, пытаясь успокоиться. Так…

В голове мысли галопом скачут. Чувствую только злость и еще какую-то жгучую эйфорию от того, что Сашка так реагирует.

Меня несет.

Но я не хочу ругаться вхлам. Нужна грань…Грань…"

"Для меня красной линией всегда была семья.