Мой любовник

Шуршащий звук хорошо смазанных механизмов заставил поднять его голову вверх. На окна начали синхронно опускаться стальные жалюзи. Развернувшись, панели закрыли окна, как веки закрывают глаза, когда вы засыпаете.

Джон боялся входить внутрь. Несмотря на то, что в особняке было более пятидесяти комнат, по которым он мог свободно бродить, тот факт, что ему придется оставаться на месте до захода солнца, вынуждал его чувствовать себя внутри, как в обувной коробке.

Когда Куин и Блэй материализовались по обе стороны от него, Джон направился по ступенькам к огромным двойным дверям и толкнул их, входя в помещение.

Зайдя внутрь, он подставил свою физиономию камере безопасности для идентификации личности. Замок тут же со щелчком открылся, впуская их в вестибюль, подстать русскому царскому роду. Расписной потолок в три этажа подпирали колонны из малахита и бордового мрамора. Позолоченные люстры и зеркала создавали и отражали мягкий, насыщенный разными оттенками свет. А лестница… словно покрытая ковром взлетно-посадочная полоса, простирающаяся до самых небес.

С обеих сторон до самого верха, а затем, переходя в открытый балкон на втором этаже, ее окружали золотые балюстрады.

Его отец не жалел средств и, очевидно, обладал особым драматичным талантом. Чего не хватало так это оркестра, чтобы вы могли представить себе короля, спускающегося вниз в струящейся мантии…

Наверху появился Роф. Его огромное тело было облачено в черную кожу, и с черными длинными волосами, ниспадающими на широкие плечи. Глаза скрывали солнцезащитные очки.

И хотя он стоял во главе обширного пространства, «где-мог-приземлить-свою-задницу», он не смотрел вниз. Не было причин это делать. Теперь Роф был абсолютно незрячим."

"Но не слепым. Рядом с королем стоял Джордж, который компенсировал ему зрение. Рофа координировала собака-поводырь. Две соединенные упряжи обхватывали грудную клетку и доходили почти до самых бедер золотистого ретривера. Король со своим питомцем отдаленно напоминал Мэтта и Джеффа[17] — собачий Добрый Самаритянин с красивым и мужественным воином, способный разорвать тебе горло.

Они хорошо сработались вместе, и Роф был просто без ума от своего любимца. С собакой обращались, как с королевским питомцем, каковым он собственно и являлся. Джордж питался тем же, что и хозяин, то есть самыми отборными кусочками говядины и баранины. И к слову, ретривер спал в постели Рофа и Бэт, хотя это еще предстояло проверить, поскольку никому не было позволено входить в спальню королевской семьи.