Мой любовник

Для меня таких нет.

Куин поспешно встрял в разговор, только что не вклинился своим телом между ними. — Так как ты, Сакс?

— Неплохо. — Сакстон даже не взглянул на Куина, когда отвечал, все его внимание было приковано к Блэю. — Хотя мои родители хотят, чтобы я исчез из Колдвелла. Однако, уезжать я не намерен.

Нуждаясь в чем-то еще, на что можно было бы перевести свое внимание, Блэй занялся своей содовой, считая кубики льда, плавающие в ней.

— А что вы здесь делаете? — спросил Сакстон.

После долгой паузы, Блэй поднял свои глаза, удивляясь, почему Куин не ответил.

О. Верно. Сакстон обращался не к своему кузену.

— Эй, ты собираешься отвечать, Блэй? — спросил Куин, нахмурившись.

Впервые за… Боже, казалось, что прошла вечность… он встретился взглядом со своим лучшим другом. Хотя ему не нужно было подбадривать себя. Как обычно, эти разноцветные глаза переместились на кого-то еще: Сакстон получил быстрый, но пристальный взгляд, от которого обычно лессеры становились на несколько дюймов ниже. Но кузен Куина либо не знал об этом, либо, возможно, ему было все равно.

— Ответь мне, Блэйлок, — пробормотал парень.

Блэй прочистил горло. — Мы здесь, чтобы помочь другу.

— Великолепно. — Сакстон улыбнулся, сверкнув блестящими клыками. — Знаете, думаю, мы должны сходить куда-нибудь.

Голос Куина был как обычно резким. — Конечно. Звучит здорово. Записывай мой номер.

Как только он продиктовал его, вернулись Джон, Трез и Айэм. Началось представление друг другу, после чего завязался разговор, но Блэй предпочел остаться в стороне, допивая колу, а после положив стакан в мойку.

Когда он обошел барную стойку и прошел мимо парня, Сакстон протянул руку. — Рад был снова повидаться с тобой.

Рефлекторно, Блэй пожал предложенную ладонь… и после того, как тряхнул ее, он понял, что в его руке оказалась визитка. Когда его накрыло удивление, Сакстон только улыбнулся.

Пока Блэй убирал визитку в карман, Сакстон повернул голову и посмотрел на Куина. — Жди звонка, кузен.

— Да. Обязательно.

Прощание со стороны Куина было не таким дружеским, и все же Сакстон не придал этому никакого значения или не обратил внимания, хотя в последнее верилось с трудом.

— Прошу прощения, — сказал Блэй, не обращаясь ни к кому конкретно.

Он покинул ресторан и когда шагнул из дверей porte cochere, зажег сигарету и прислонился к холодному кирпичу, опираясь ступней о здание.

Закурив, он вытащил визитку. Плотная, сливочного цвета бумага. Естественно с нерельефной гравировкой. Черный шрифт старой школы.