Мой любимый Метаморф

Энайя буркнула что-то себе под нос и быстро отвернула его в сторону. Но потом замерла и сама, понимая, что ей тоже нужно раздеться. Начала стремительно краснеть…"

"Она все-таки училась не в школе шпионов, а в учебном заведении эмпатов. Там с порядками было не так строго, так что ее природная стыдливость никуда не делась.

Но сейчас мы были не на курорте и нам, очевидно, было не до душевных тонкостей.

— У нас осталось всего десять минут, — сообщила я всем решительно, стягивая с себя остатки одежды и быстро подходя к одному из настенных душей.

И включила душ.

Все остальные мгновенно начали сбрасывать с себя одежду и тоже подходить к источникам воды. Я мельком взглянула на Макса. Его мускулистое тело вызвало у меня прилив глубокого внутреннего восхищения, и тут я поймала его взгляд. Взгляд, пробежавший по мне с ног до головы. И опять его глубокое смущение. Красные кончики ушей. А потом наши глаза встретились…

Я ему нравилась.

В животе что-то болезненно скрутилось, так что мне пришлось отвернуться и закрыть глаза. Нет! Не сейчас! Не время…

Больше я по сторонам не смотрела. Просто ополоснулась и поспешила вытереться полотенцем, которое еще перед душем нам выдали каждому вместе с новой формой одежды.

Пока остальные домывались, я натянула на себя вполне обычное женское белье, плотные штаны грязно-серого цвета, рубашку и куртку такого же оттенка, носки, а также грубые сапоги с очень толстой подошвой, которая должна была выдержать тяжелые условия каменистой поверхности Ниола.

Когда я подняла голову, все трое уже натягивали на себя белье. Энайя очень нервничала и никак не могла справиться с топом, который должен был прикрывать ее грудь, и мне пришлось поспешить ей на помощь.

Я закрыла ее собою, позволяя спокойнее одеться, а она подняла на меня измученные глаза.

— Мне стыдно, — прошептала она, наконец-то справившись с бельем и начиная натягивать штаны. — Это так унизительно — раздеваться при всех…

— Привыкай, — ответила со вздохом. — В следующий раз здесь будут не только свои, — я кивнула на Макса и Талиэна, — но и все остальные…

Она побледнела и пришла в еще больший ужас.

Резко открылась дверь, и в душевые вошел один из охранников.