Мой худший друг

 – Что за пошлости ты вообще говоришь?

Стряпаю на лице удивление в параллель с оскорблением, за что получаю шлепок по плечу.

– Дурак.

– Если только чуть-чуть, – перехожу на шепот, сильнее вдавливая ее в стену.

– Тим, я серьезно… Про поцелуи.

– Ага, – киваю больше на автомате, продолжая прикасаться губами к ее шее.

Ее чувственный вздох выбивает из-под ног почву окончательно. Разум снова затуманило. Ни единой приличной мысли.

Отрываюсь от ее губ, упираясь кулаком в стену, и часто дышу. Еще немного, и крыша поедет.

Щекотные прикосновения подушечек ее пальцев на моей щеке вызывают улыбку.

Арина прижимается ко мне. Скользит носом по виску, щеке, шее.

– Давай о чем-нибудь поговорим, – шепчет.

Еле разбираю слова, потому что в ушах шумит. Слишком громко.

Киваю на рефлексах. Разжимаю руку, позволяя ее ступням коснуться пола.

– Например… – прячет ладони за спину. – Я не знаю, как реагировать и как себя вести, когда на нас с тобой смотрят. В школе… стесняюсь. – А потом быстро добавляет: – Не тебя, а просто…

Тряхнув башкой, ловлю ее взгляд.

Собеседник из меня сейчас не очень. Стараюсь переварить поступившую информацию.

Глава 20

Ариша

Несмотря на то, что Катькино платье тонкое, мне ужасно жарко. Неловкими движениями приглаживаю волосы и медленно растираю пылающие щеки.

Мы по-прежнему стоим в коридоре. Смотрим друг на друга. Мельком замечаю, как Тим сжимает и разжимает кулаки. Нервничает? Бесится?

Мое дыхание уже более-менее пришло в норму, только сердце колотится. Часто-часто.

Вырисовываю на лице улыбку. Возможно, глупую и не в тему, но так я хотя бы ловлю мнимое спокойствие. Все, что между нами происходит, – слишком!

Очень провокационно и откровенно. Я до встречи с ним целовалась от силы раза три, а теперь за один час побила собственный рекорд. Это пугает. Совсем чуть-чуть.

Все эти слова, действия, напор и, главное, четкое понимание – он хочет большего. То, что я пока не могу и не хочу ему дать.

Перекатываюсь с пяток на мыски.

У него такой взгляд, мурашки по телу бегут. Колючие, как символ, предвестия чего-то невероятно важного и оттого еще более волнительного. Сглатываю и делаю крохотный шаг, на который Азарин реагирует совершенно неожиданно. Отстраняется.

Я будто со стороны вижу, как округляются мои глаза.