Мой худший друг

Ее действие не повод искать предел дозволенного, но на задворках сознания, конечно же, всплывает такая мысль. А если…

– Но ты же пришла, – не могу не улыбнуться. Распирает просто.

– Манипулятор.

Она закатывает глаза, прижимаясь щекой к моей груди. Чувствую ее жар через тонкую ткань футболки.

На нас по-прежнему нет верхней одежды. Шмотки остались в клубе. Понимание, что под платьем на ней белье, распаляет еще больше. Мы оба на острие ножа.

Повисает молчание, но оно говорит больше любых слов. Меня потряхивает от переизбытка эмоций.

Осознание, что мне нужна только она – зашкаливает. И вот теперь она здесь. Рядом. Я могу до нее дотрагиваться. Могу целовать.

Эта мысль выстреливает в бегущем потоке сознания. Не тушуясь, накрываю теплые губы своими. Тяну воздух через нос, ощущая острую нехватку кислорода. С ней лишь так. На грани реальности.

Невозможность сделать то, чего мне хочется на самом деле, душит.

В своем воображении я давно ее раздел…

Арина реагирует на мои губы. Напрягается. Не ожидала? Правда не ожидала? Я на нее смотрю как полный повиновения болван. Как маньяк. Но она до сих пор не ожидает…

Обхватываю ладонью алую щеку, углубляя поцелуй. Чувствую, как нежные пальчики стягивают в кулак ткань моей футболки на плечах.

Она мне отвечает. Сама пропадает в этом водовороте чувств. Капитулирует.

Машина тормозит у ворот жилого комплекса не вовремя. Мои руки уже хозяйничают на ее теле, скрываемом неплотным материалом платья.

Первые секунды даже понять не могу, какого фига мы остановились. Отрываюсь от Аринки, чтобы оценить обстановку, моментально сталкиваясь со взглядом таксиста, что смотрит на нас через зеркало.

Ариша, сообразив, что происходит, прячет лицо, практически впечатываясь носом в мою грудь.

Ищу по карманам наличку. Расплачиваюсь и вытягиваю Громову за собой.

– Холодно, – она обхватывает плечи ладонями, прячась от ветра.

– Пойдем.

Не могу удержаться, чтобы не пристроиться к ней сзади. Обнять. Просто впечатать ее в себя.

– М-м-м, – тянет, прикрывая глаза, – так, конечно, лучше.

Касаюсь губами макушки, давая небольшую волю рукам, потому что они уже скользнули на ее бедра. Слышу недовольный вздох и подталкиваю нас к входу.

В доме шесть этажей. Но поездка на лифте почему-то превращается в вечность.

В кабинке мы снова попадаем в ловушку замкнутого пространства. Но теперь уже вдвоем.