Мой хозяин

И мне тоже хотелось коснуться его… Жёсткой линии рта, скул, подбородка. Хотелось спросить, что сделало его таким? Циничным и жёстким. И ещё… хотелось, чтобы он рассказал мне про свою маму. Потому что когда он говорил о ней в прошлый раз, я слышала звучавшую в его словах горечь. Мне эта горечь была хорошо знакома. Горечь ребёнка, выросшего без матери…

17.2

Вандор

Когда дверь в мой кабинет без стука открылась, я даже не удивился. Тем более не удивился я, увидев на пороге Милану.

Более того, я даже ждал её появления. А вот чего я совсем не ожидал, так это того, что она, пройдя к диванчику, присядет на него и тихо скажет:

— Спасибо.

Как ни странно, в голосе её звучала искренность. Я кивнул, но всё же спросил не без доли цинизма:

— И где же истерика?

Видимо, она поняла о чём я. Сжала лежащие на коленях руки в кулачки, разжала их и заговорила:

— Я понимаю, что ты бы мог этого не делать, Вандор. Понимаю, что мог бы пустить всё на самотёк.

И я действительно благодарна тебе за то, что ты попросил своего врача осмотреть Стэллу.

— Пожалуйста. — Я снова кивнул."

"Честно говоря, подобного я не ожидал, и когда утром управляющий сообщил, что девчонка не может выполнять свои обязанности, так как едва способна встать с постели, ни на шутку разозлился. Очевидно, мой приказ загрузить подружку Милы работой так, чтобы выдохнуть было некогда, этот кретин воспринял буквально. Я-то думал, что Мила преувеличивает, но стоило увидеть Стэллу… Еб вашу мать! Управляющий он на то и управляющий, чтобы управлять.

Только чтобы хоть чем-то управлять, нужна определённая доля мозгов, а не тупое желание выслужиться. От слабости девчонка даже подняться была не в состоянии, а когда ей принесли завтрак, с трудом съела несколько ложек и снова легла. После Юра сказал мне, что такого, вероятно, не случилось бы, если бы не её изначальное состояние: уже имевшее место быть истощение и неоднократные побои. Управляющего я, само собой, выгнал взашей вместе со старшей горничной и ждал, когда же на пороге моего кабинета появится требующая справедливости Милана…

— Я хотела попросить… — в упор глядя на меня своими огромными синими глазищами, снова заговорила Мила.

— Проси, если хотела. — Так вот оно что… Кто же будет нарываться, если после придётся о чём-то просить?

Не знаю, чего я ожидал.