Мой Главный

Хорошо, что я в домашней одежде, а не в пижаме на кухню вышла.

— Чай будешь?

Он встает, наливает мне чай, собирает бутерброд.

— Съешь, выпей чаю, а потом мне все расскажешь. «Всё», Алсу, это всё, о чем я буду спрашивать. Хорошо?

Киваю. Не знаю, зачем это ему и для чего приехал. Злюсь на Дианку. Но сегодня меня уже так протрясло, что желание Егора услышать какие-то ответы не волнует совсем. Если ему интересно, я расскажу. Все, о чем спросит.

* * *— Почему ты не хочешь замуж за этого парня? Я видел вас сегодня в ресторане, вы отлично смотритесь вместе.

Вздрагиваю. Он нас видел? А я этого не хотела. Тяжело вздыхаю. Я готова рассказать. Никому до этого не открывалась, а сейчас готова. Вытягиваю руки на столе, переплетаю пальцы плотно, вздыхаю и уношусь в прошлое. Нужно рассказать так, чтобы он понял мой страх и переживания.

— Это старая история. Мне было лет десять, а Бахтияру четырнадцать, когда мы познакомились. У моих родителей большой дом. Знаешь такой настоящий загородный дом с садом, качелями, беседками, открытым бассейном и дорожками.

Вздыхаю, в той жизни, когда я была совсем ребенком, все же было ощущение семьи и защиты. И я любила тогда наш красивый дом.

— Тогда был выходной. У нас гостили папины коллеги с детьми. Среди малышни я была самая старшая, уже школьница. Все дети играли в кукольное чаепитие, а у меня пропал медведь. Я искала своего любимого плюшевого медведя, чтобы привести его в гости к куклам.

Егор молча слушает, смотрит спокойно, ждет.

— Медведя я нашла. И пока вытаскивала его из-под скамьи, услышала странные звуки. Прямо рядом с беседкой. Знаешь, что такое девичий виноград?

Егор кивает."

"— Он оплёл всю беседку, словно живую стену создал. И сквозь неё мне послышалось что-то, похожее на шипенье и ругань. Я раздвинула руками листья и ветки, чтобы посмотреть, и увидела Бахтияра, сына папиного друга.

Внутренне напрягаюсь, словно заново переживаю тот момент.

— Сначала мне стало смешно, и я едва сдерживалась, но через несколько секунд он просто свернул птице шею и бросил на землю. Этот хруст. До сих пор его помню.