Мой единственный

Теперь, когда отец почти оправился от болезни и снова приступит к управлению семейным бизнесом в Англии, девушка видела безграничные возможности, открывавшиеся на Карибских островах. Можно будет расширить их дело.

Джулия не отдавала себе отчета, что думает вслух, пока не услышала вопрос Ричарда:

– Собираешься превратить Миллеров в фермеров?

Он шутил, но Джулия вполне серьезно ответила:

– Мы всегда были фермерами. Наша деятельность теснейшим образом связана с землей. Мы разводим овец, коров, выращиваем пшеницу, обрабатываем собранный урожай на наших фабриках и мельницах.

– Не думал, что у твоей семьи такая обширная сфера интересов, – удивился Ричард."

"– Да, а что? Если это приносит прибыль, почему бы и нет? Острова кажутся весьма перспективным местом. Там растет много такого, что просто не может расти в Англии из-за климата.

– Есть множество поставщиков этих товаров, – решил уточнить Ричард.

– Ну и что? – рассмеявшись, произнесла Джулия. – Всегда найдется место для здоровой конкуренции… А еще Миллеры ведут дела на широкую ногу.

Ее воодушевление становилось заразительным, по крайней мере, для Дрю. Он уже начал фантазировать, что у него появятся новые заказчики, которым понадобятся услуги их торговых судов. Они обсуждали это за десертом… А потом Джулия поняла, что Ричард больше не принимает участия в общей беседе.

Щеки ее вспыхнули. А потом она замерла, услышав, как Ричард произносит:

– Выходи за меня.

Джулия часто заморгала.

– Мы уже женаты.

– Выходи за меня еще раз… по-настоящему.

– Ты хочешь жениться на мне?

– Разве похоже, что я собираюсь с тобой расстаться?

– Так вот почему ты не захотел разводиться в Англии! – ахнув, промолвила она.

Джулия позабыла, сколько людей прислушивается к каждому произнесенному им слову. Она могла думать только о том, что он ее хочет. Но Ричард это понимал, поэтому, взяв Джулию за руку, увел прочь, оставив собравшихся сетовать, что их лишили трогательного зрелища.

Прикрыв дверь ее каюты, Ричард обнял Джулию и спросил:

– Сердишься?

– А следует?

Ричард улыбнулся.

– Не сердишься.

– Конечно, не сержусь. Полагаю, ты и сам уже догадался, что я тоже не хочу разводиться.