Наследник погибшего брата (СИ)

— Хорошо. Будет тебе твой телефон. — Он снисходительно улыбается, смотрит на медсестру и вопросительно изгибает бровь. — Яна?

— Все готово, — лебезит она, аж противно. — Выписку я заберу.

— Отлично.

Назар пожимает руку Грехову и кивает Яне. Затем берет ручки моего инвалидного кресла и везет к выходу. Да и пожалуйста. Складываю руки на груди и устраиваюсь поудобнее. В конце концов, у мужа есть обязанности, вот пусть и выполняет.

Он идет уверено, каждый шаг эхом отдается в ушах и заставляет пульс колотиться быстрее.

Двери лифта открываются, Назар завозит меня в кабину, входит сам, и створки закрываются. Мы едем вниз. Он стоит напротив и с интересом рассматривает меня, словно я кукла в витрине магазина. От его присутствия пространство как будто сжимается. Дышать становится тяжело, аж голова кружится.

— Даже не поздороваешься? — Хрипловатый голос приятно ласкает слух и притупляет бдительность.

Сжимаю подлокотники сильнее и всеми силами стараюсь не реагировать ни на что.

— Здороваться — это желать здоровья, — цежу сквозь зубы. — Вам я его не желаю.

— Какая жестокая. — Назар подается вперед, наклоняется, и его лицо оказывается в опасной близости от моего. — А я, наоборот. Очень хочу, чтобы ты выздоровела.

— Свежо предание… — бормочу бессвязно и нервно сглатываю.

Смеется, сволочь. А я невольно замираю, глядя на то, как меняется его лицо. Складки на лбу пропадают, а на щеках появляются ямочки.

Назар вывозит меня на улицу.

— Не дури, подумай о дочери. — Его шепот ласкает ухо. — Если ты заболеешь, вашу встречу придется еще отложить.

Он прав, и я в очередной раз вынуждена уступить. Как бы то ни было, увидеть дочь я хочу больше всего на свете.

— Ладно, — нехотя сдаюсь и кутаюсь сильнее.

Назар везет меня к парковке, где нас уже ждет машина.

— Какой ты бываешь послушной…

Специально меня дразнит?

— И не надейтесь, — фыркаю и утыкаюсь носом в воротник пальто. Как же здорово пахнет.

— В спальне тоже будешь выкать?

Смысл слов доходит до меня не сразу.

— В какой еще спальне? — в ужасе смотрю на него.

Мы не договаривались на интим. Я не соглашалась.