Мой ангел злой, моя любовь…(СИ)

И ненависть к тому, кто забрал ее сердце…

— Только от меня зависят судьбы тех, кто живет в этих землях, comprenez-vous? — снова сказал он, ненавидя и ее отчего-то в этот момент, наслаждаясь ее испуганным взглядом, пусть она и позволила только на миг показать свои эмоции."

"— Qu'entendez-vous par l`a?

[372]— бросила Анна холодно ему в спину, выпрямляясь на козетке гордо, и он оглянулся на нее от окна, смело встретил ее взгляд. О, как же она будоражила его кровь — сильная духом, неприступная, гордая, когда надо было бы молить о пощаде и… милосердии! Они долго смотрели в глаза друг другу через всю комнату, а потом он медленно проговорил:

— Ступайте в свои комнаты, пока кто-то не хватился вас… пока не увидели, — а потом, когда она уже была в дверях, снова заговорил, заставляя ее замереть на пороге.

[373]

Анна открыла рот, чтобы ответить, да так и замерла на месте, расслышав какой-то звук, донесшийся со стороны передней.

— Это не французы, — коротко сказал он испуганной Анне. — И не лесные обитатели. Телега. Ее возница, видно, в двери стучит…

И Анна вдруг вспомнила, как возвращались в Милорадово в конце лета, как встретили на дороге одинокую телегу, везущую раненого. Кровь на бинте под цвет ментика. Белая кожа рук и лица. Отчего стучат к ним? Кого привезла на этот раз к ним на двор телега?

И она побежала со всех ног к передней, чувствуя, как колотится сердце в груди, как медленно слабеют колени при мысли о том, кого она увидит среди намокшего от моросящего дождя сена.

Заспанный швейцар вглядывался в лицо, прильнувшее к стеклу с той стороны, пытаясь понять, кого принесла нелегкая в эту непогоду да такой поздний час.

— Петруша! Петруша! — со всхлипом протянула руки через борта телеги к приподнявшемуся в ней брату.