Мой ангел злой, моя любовь…(СИ)

 — Слыхала бы ты, что за толки ходят о нем, ma chere, и слова бы ни говорила о его благородстве.

— Я не желаю ничего слушать! — выкрикнула Анна, но Петр уже говорил о том, что узнал, что подслушал в офицерских кружках в Москве и Вильне, собирая сведения об Оленине.

— Ведала ли ты, что наш бравый ротмистр обожает вот таких невинных девиц, как ты, судя по тем сплетням, что ходили о нем в столице? Совсем недавно, еще прошлой осенью его имя было у всех на устах, когда его брат погиб якобы от неосторожного выстрела на охоте.

[265], madam Nadine, прекрасные глаза и дивный стан которой как-то отметил сам император комплиментом на одном из балов. И ведаешь, о чем сии толки ходили? Что невинности была лишена madam Nadine в объятиях младшего брата, а женился на ней старший, видно, прикрывая грех. Что дочь madam Nadine от того, кого должна бы та называть «mon oncle»

[266]. И что навещал порой свою belle bru наш благородный кавалергард далеко не по-родственному, видимо, в память о прошлых днях.

— Que c'est salet'e!

[267]— проговорила презрительно Анна, глядя на брата так, словно только заметила его в комнате, изгибая губы в злой усмешке. — А ты смотрю, не службу в Москве несешь, а отменно собираешь всю мерзость, как старый злобный potinier

[268]! Достойно, Петр!

И тут случилось то, чего они оба никак не ожидали. Петр размахнулся и наотмашь ударил сестру ладонью по щеке, и снова оба замерли, потрясенно глядя друг на друга.

"— De gr^ace, Annette

[269]…, - Петр притянул к себе застывшую на месте без единого движения сестру, коснулся губами ее лба, будто стремясь стереть этим нежным поцелуем тот удар, что нанес ей. Анна же не шевелилась, позволила ему это, как и провести после ласково ладонью по ее щеке, краснеющей от пощечины. — Прости меня, Анечка. Сам не ведаю, что на меня нашло…

— Уходи, — глухо сказала Анна, и его рука упала. — Оставь меня.

— Выслушай меня, Анна, — попросил он, но она только отступила от него в сторону, уворачиваясь от протянутых рук.

— Уходи! — повторила она, поворачиваясь к нему спиной, чтобы не показать ему своего потрясения от его поступка, своей боли, разрывающей сердце. Этот человек, стоящий за ее спиной, человек, которого она звала своим братом… Она поняла, что совсем не знает его настоящего, что он не тот, образ которого хранила в своем сердце, которого обожала.