Младший научный сотрудник-7

— Да, это не очень хорошо, — согласился я. — И народные массы не выдержали такого открытого попрания их чувств и достоинства, так?

— В общих чертах да… — ответил Теофилло, — слушай, раз уж ты до завтра свободен, нет желания окунуться, так сказать, в глубину кубинских народных обычаев?

— Да в принципе есть, — ответил я, — а в чем они заключаются, ваши народные традиции?

— Немногим отличаются от ваших — ночных клубов у нас сейчас нет, народ просто собирается у кого-то в доме или квартире и активно общается.

— Нет возражений, — ответил я.

— Ну тогда поехали…

— Стой, а как у вас тут с дорожной полицией дела обстоят? — притормозил его я. — У нас лучше после того, как выпил, за руль не садиться…

— Плюнь, амиго, — искренне сказал мне Теофилло, — это же Куба, а не Москва, договоримся, если что.

— В Москве в принципе тоже можно договориться, — дипломатично ответил я, — только это надо уметь…

— Ну а у нас здесь все и всё умеют, — отрезал Телфилло, — жизнь такая, хочешь-не хочешь, а приходится приспосабливаться к изменяющимся внешним условиям.

Как у этого… у Дарвина написано.

— Ладно, я все понял, — сказал я, — куда едем-то?

— Пока никуда… — задумался он, — ты отдохни тут, а я разведаю обстановку и отзвонюсь в течение… ну допустим часа — пойдет?

— Забились, — поднял я руку на уровень виска, — кстати, а не подскажешь, что за место такое Лурдес? Пока летел, два раза слышал от разных людей.

— Радиоэлектронная станция слежения за Штатами, — коротко бросил он, — к северу от Гаваны километров в 50, очень секретное место.

— Понял, амиго, — ответил я, — принял к сведению, амиго, — и вторично козырнул ему условным военным жестом.

После этого Теофилло очистил от своего присутствия мое временное пристанище в Республике Куба, а я с некоторым любопытством изучил все, что здесь имелось. Кухня здесь была чисто условная, объединенная со всем остальным жилищем, я даже вытащил из памяти такой термин для этого типа жилья, как «студия».

Газа, конечно, никакого не имелось, двухконфорочная плита была электрической. И батарей отопления, естественно, я ни одной не обнаружил — тепло же здесь круглый год, зачем. В шкафчике между плитой и холодильником стоял стандартный набор посуды на четыре примерно персоны. А в оставшейся части жилья имела место двуспальная кровать, занимавшая почти половину всего пространства и одежный шкаф… пустой… да и не надо.