Мистер

Кажется, эта певица тоже албанка.

Пританцовывая, Алессия делает Максиму кофе. Впервые в жизни она счастлива. Порой она была близка к этому чувству – когда танцевала и пела вместе с мамой на кухне. Но здесь гораздо больше места для танцев, а при включенном свете она видит свое отражение в балконном стекле. У нее такой счастливый вид! Не то что в первый день здесь.

Алессия в танце приближается к окну, за которым царит холодное дождливое утро. Небо и море унылого серого цвета, ветер треплет серебристые деревья, растущие вдоль ведущей на пляж тропы.

Булькает кофемашина, и Алессия, пританцовывая, возвращается к ней, чтобы сделать Максиму кофе.

Максим по-прежнему в кровати. Правда, он уже доел завтрак и поставил поднос на пол.

– Наконец-то! Я успел соскучиться, – заявляет он, принимая чашку свежего, несладкого кофе.

Пока он пьет, Алессия ложится рядом с ним.

– Так гораздо лучше, – говорит он, отрываясь от кофе.

– Тебе понравилось?

– Очень. – Максим убирает пустую чашку. – Но ты мне нравишься больше.

Он подцепляет пальцем верхнюю пуговицу на ее пижаме и тянет. Пуговица выскальзывает из петли, выставляя на обозрение мягкие округлости. Вперившись горящим взглядом в глаза Алессии, Максим проводит пальцем по ее коже, задевая сосок. Он тут же твердеет, и у Алессии перехватывает дыхание.

Ее губы приоткрыты в неслышном вздохе, ее бездонные глаза манят. Мой член снова твердеет.

– Еще разок? – шепчу я и задаюсь вопросом, получится ли у меня когда-нибудь ею насытиться.

Алессия застенчиво улыбается. Не дожидаясь иного ответа, я целую ее, расстегиваю остальные пуговицы и снимаю пижаму.

– Ты так красива…

Глядя на меня, она нерешительно проводит пальцем по моей щеке. Сквозь приоткрытые губы видно, как ее язычок скользит по верхним зубам.

– М-м-м… – грудным голосом произносит она.

– Тебе нравится щетина или ты хочешь, чтобы я побрился?

Она качает головой.

– Нравится. – Кончиками пальцев она проводит по моему подбородку.

– Правда?

Она кивает, целует меня в уголок рта и повторяет языком путь пальца. Ее касания отзываются во всем моем теле.

– Алессия…

Я беру ее лицо в ладони, целую и укладываю нас обоих на кровать. Наши губы сливаются в поцелуе, наши языки сплетаются, и Алессия как всегда жадно принимает все, что я ей даю.