Мисс Лягушка в поисках счастья (СИ)

Вася предупредительно клацнул зубами, с гастрономическим интересом разглядывая Кеннета (но без покушений).

Затем к нам приблизилась Ферция. Она и впрямь наложила заклятие забвения почти на всех святош, но нужно было, чтобы кто-то затем вывел их с болота, рассказав людям убедительную легенду о «победе над злом». Конечно же, Кеннет и Верина вызвались помочь (перед этим напросившись в гости к ведьме).

С тех пор я не волновалась за судьбу болота. Уж эти -то заслуженные фанатики нечисти точно смогут отвести чужие взгляды от наших мест!

Только одно меня слегка волновало.

— А как же Анфилиус? - шепнула я Ферции.

Этот гад тот ещё проныра!

— О, не переживай, - вмешалась Полуша, - мы «случайно» наложили на него усиленное заклятие. В лучшем случае, он проснётся божьим одуванчиком.

— А в худшем? - устрашилась я.

— Овощем, - издевательски хмыкнула ведьма.

... Да-а, не стоит злить ведьм. Тем более таких сильных, как Ферция!

Я тряхнула головой и собиралась было пойти к Пипе, но меня остановил Вальдес.

— А. Я. Это. Вот С-Сердце, - пробормотала чуть слышно, стоически избегая пронзительного взгляда янтарных очей.

Акорциус молча принял драгоценный цветок, но его выражение лица нисколько не потеплело.

— Шрамы, - отрывисто прошипел он.

— Что? - дёрнулась я.

— У тебя останутся шрамы, Нинель. Много шрамов, - негромко и укоризненно проронил змей.

И тогда я, наконец, поняла. Да, выжженные куски кожи от священных предметов. Так просто не заживут.

— Г оворят, если на девушке шрамы - замуж никто не возьмёт, - попыталась я неуверенно пошутить.

— Какие глупости! - рыкнул Вальдес, яростно мотнув головой.

И мы замолчали. Кажется, все болотные создания отошли в сторону, чтобы дать нам поговорить в уединении. Даже Вася смотался куда подальше.

— Я. - старательно пытаюсь подобрать нужные слова. - П-почему. Сердце Перепутья защищало инквизиторов?

— Потому что люди унесли его с болота, повредив энергетическую связь, - ровно ответил Вальдес, - те люди ничего не знали о реликвии.

Я огляделась, замечая кругом лишь пепелище и разруху. Да уж.

— И что теперь станет с Сердцем Перепутья?

Нас с реликвией будто связывала тонкая ниточка.