Миссия Шута

Я найду способ объяснить твое отсутствие.

– Как?

– Я еще не придумал, но обязательно что-нибудь сочиню. Не волнуйся. Какую бы небылицу я ни рассказал, Брезинги будут вынуждены мне поверить, чтобы не нанести оскорбления.

Я принялся искать другие недостатки в его плане, хотя голова категорически отказывалась мне подчиняться.

– Я… должен уговорить его вернуться?

– Ты сможешь, – уверенно ответил Шут. – Ты найдешь подходящие слова.

Лично я в этом сомневался, но сил возражать у меня не осталось. Я закрыл глаза, но под веками вспыхивали ослепительные молнии, которые безжалостно меня жалили.

– Эльфийская кора, – едва слышно взмолился я. – Мне очень нужно.

– Нет."

"Мое сознание не желало понять, что он мне отказал.

– Прошу тебя, – простонал я. – Голова болит просто несказанно.

Иногда я мог предсказать, когда у меня начнется припадок. Впрочем, они уже давно оставили меня в покое.

– Фитц, я не могу. Чейд заставил меня дать слово. – Гораздо тише, словно его предложение было неслыханной дерзостью, он добавил: – Я буду здесь, с тобой.

На меня накатывали волны боли и страха.

Мне прийти?

Нет.

– Оставайся там. Следи за ним, – произнес я вслух то, что передал волку.

Кажется, я должен о чем-то позаботиться. Так, вспомнил…

– Мне нужен чай из эльфийской коры, – едва выговорил я.

Шут встал, и кровать подо мной шевельнулась – и от этого чуть заметного толчка в мой мозг вонзились новые иглы боли. Я слышал, как Шут подошел к умывальнику и через несколько секунд вернулся с мокрой тряпкой.

– Ляг на спину, – велел он мне.

– Не могу, – пробормотал я.

Любое движение причиняло мне невыносимые страдания, я хотел вернуться в свою комнату, но был не в силах. У меня мог случиться припадок. Не хватало еще, чтобы Шут это видел.

Я испытал мгновенный шок, когда холодная мокрая ткань коснулась моего лба. Меня вытошнило, а потом я начал делать осторожные короткие вдохи, чтобы немного успокоить желудок. Я скорее почувствовал, чем увидел, как Шут присел на корточки возле кровати. Сам я сидел на краю и старался не шевелиться. Потом Шут взял мою руку своими, в перчатках. В следующее мгновение его пальцы вцепились в мою руку, сдавили кисть, словно желая вгрызться в плоть.