Мисс Марпл

Во всяком случае, в нее стреляли, а Горман, как истый солдат, кинулся к ней, заслонил ее и сам был убит, бедняга!

– Очень жаль, очень. – Каноник покачал головой.

– Это так все осложнило, – посетовала мисс Горриндж. – Я хочу сказать, теперь в отеле полно полиции, ходят туда-сюда. Это и понятно, но нам-то каково, кому это может нравиться, хотя и старший инспектор Дэви, и сержант Воделл очень достойные люди. Ходят в штатском, одеты прилично, не то что, знаете, эти в сапогах и макинтошах, которых видишь в кино.

– Нет, меня подобрали и выходили одни очень добрые люди, огородник и его жена. Так утешительно знать, что еще есть на свете человеческая доброта, вы не находите?

Мисс Горриндж тоже находила, что это очень утешительно.

– Особенно когда читаешь о росте преступности, – добавила она, – обо всех этих ужасных юношах и девушках, грабящих банки, нападающих на поезда... – Она не кончила фразы. – Вон инспектор Дэви спускается по лестнице.

– Не понимаю, зачем я ему понадобился? – озадаченно произнес каноник. – Он уже говорил со мной, он был у меня в Чедминстере. И очень огорчился, что я ничего не смог ему сообщить!

– В самом деле?

– Не мог припомнить! – Каноник покачал головой. – Машина сбила меня около какого-то Бедхэмптона, а я понятия не имею, каким образом там очутился! Старший инспектор почему-то думает, что я ехал на автомобиле к себе домой из какого-то места около железнодорожной станции.

– Что ж, очень возможно, – сказала мисс Горриндж.

– Нет, это совершенно невозможно! С чего бы я вдруг оказался в местах, совершенно мне неизвестных?

Подошел старший инспектор Дэви.

– Вот и вы, каноник! Совсем поправились?

– Чувствую себя неплохо, но головные боли все еще не прекратились. Врачи говорят, чтобы я не переутомлялся. И ведь до сих пор ничего не могу вспомнить. Доктор говорит, что, быть может, никогда и не вспомню!

– Никогда не теряйте надежды! – Старший инспектор отвел каноника в сторону.

IIIКогда старший инспектор Дэви открыл дверь восемнадцатого номера, мисс Марпл все еще сидела в кресле у окна.

– Очень людно сегодня на улице, – заметила она. – Народу больше, чем обычно.

– А, это потому, что через Беркли-сквер идут на рынок Шеперд.