Мишка-Мишель

А, что ты задумал?

— Думаю вам фасад избы утеплить, чтобы тепло не терялось, и дров с углем меньше уходить станет.

— Не понимаю я в этих новомодных штуках ничего. Если дорого, то мне не надо. Лишних денег у меня нет.

— Так у меня свои денежки имеются. И не вздумайте возражать, все равно буду тратить на вас. Вы, сами говорили, я у вас единственный родственник.

— Да знаю тебя упертого, поступишь по-своему, делай.

Пошел к Григорию. Поговорили, поторговались, и ударили по рукам. Подрядился, умелец-пенсионер совместно со своими подручными, утеплить стены и чердак бабе Зине базальто-ватными плитами.

Потом все это спрятать под сайдинг синего цвета. Григорий заверил, что у его бригады большой опыт подобных работ. В райцентре десятка три домов их работа.

На следующий день работа закипела. Мужики занялись своим делом, а я поправил листы металла на крыше. В двух местах заменил трухлявые брусья обрешетки. Покрасил металл крыши, корабельным суриком, который нашелся у запасливого Григория. Сруб для колодца, по рекомендации того же Григория сделал из дубовых бревнышек.

Адская работа, скажу вам. Думал, руки отвалятся пока довел до ума конструкцию. И это при том, что я пользовался электроинструментами. В подполе, я провел генеральную реконструкцию. Все старье выломал и вынес, на дрова сгодится. Затем настелил полы, поставил новые стеллажи для консервации, построил вентилируемые загородки для хранения овощей. От широты души, и естественно за копеечку, Григорий выделил мне достаточное количество штакетника и лаг, для нового забора. Столбы порекомендовал нарезать в березовой роще, там ровных и сухих деревьев лежит много. Вот сейчас этим и занимаюсь.

— Бревна пилишь гастарбайтер? — спросила меня, неизвестно откуда взявшаяся женщина. — Далеко забрался из своего чуркестана.

— И вам добрый день, — ответил я женщине, по-арабски.

— О-о, так и впрямь инородец, лопочешь что-то и не разобрать. Зачем тебе так много столбиков?

— Баба Зина просила, забор поправить, — продолжаю изъясняться на прежнем языке.

— Только Зина и поняла, из того, что ты тут мне несешь. Понаедут, языка не знают, обычаев не знают, а пробуют работать. Правда, смотрю, ты пилу в руках держать научился. Молодец. А по-каковски с тобой баба Зина разговаривает, она кроме русского языка, других не знает?

— На русском мы с ней общаемся, — перешел я на язык писателя Некрасова, — ей так удобно, и я не возражаю.

Целую минуту, молодая женщина, округлившимися глазами, безмолвно взирала на меня.