Мишка-Мишель

Вы Смирнов, — заговорил, закуривая папиросу, начальник консультативно-диагностического центра, кандидат медицинских наук Мишурин, — были доставлены к нам в госпиталь, извините за грубое слово, в виде куска мяса очень сильно отбитого столовым молотком. — На вас не было живого места, за исключением лица, что меня, конечно, сильно удивило. Над вашим телом, в течении суток поработали специалисты почти всех центров госпиталя. Извлекли из вас сорок девять осколков, разных размеров, наиболее крупные в левой подключичной области, и на спине в районе шестого позвонка.

Сложили левую ногу. Признаюсь честно, прогноз в отношении вас был, самый неутешительный. Вероятность летального исхода почти девяносто пять процентов. Но вы удивительным образом выжили, и пошли на поправку. Ваш молодой организм делал чудеса.

Но за прошедшие три месяца вы не восстановились до нужных кондиций. Исследования УЗИ и компьютерной томографии, подтверждают мои слова. Не это главное. У вас была вторая степень контузии головного мозга, то есть средняя форма поражения мозговых тканей.

Контузия сочеталась с переломом левой лицевой кости. Слава богу, кровоизлияния в мозг у вас не было Признаки контузии устойчиво продержались у вас около двух месяцев, да и сейчас окончательно вы еще не оправились. Все, что изложено в медицинском заключении, носит объективный характер. Специалисты из центра Сербского, разделяют наше мнение. С учетом вашей прежней специализации, комиссия не может разрешить вам продолжить службу. Мозг человека слабо изучен, прогнозировать ваше состояние через пару месяцев мы объективно не в состоянии. Как может повлиять стрессовая ситуация на ваше поведение, мы к сожалению, тоже не знаем. И вот чтобы уберечь вас и ваших бывших сослуживцев от возможной опасности, мы рекомендуем вам найти в гражданской жизни, спокойную и размеренную работу. По заключению комиссии вам присвоят группу инвалидности и назначат пенсию. Перечень рекомендаций и месячный запас медикаментов, вам перед выпиской из госпиталя вручат. Вот так обстоят ваши дела капитан. Не надо на нас обижаться, мы сделали все от нас зависящее.

— Я не обижаюсь на вас. Спасибо вам огромное, что вытащили меня с самой «кромки», на ноги поставили. Просто мне еще нужно привыкнуть к мысли, что десять лет службы, закончились инвалидностью. Еще, наверное, нужно поблагодарить вас, что хожу на своих двоих, соображаю, а не сижу в инвалидной коляске и не пускаю слюни. От всей души спасибо, извините за резкость.