Миражи (СИ)

Я с облегчением покрутил шеей.

-Как хорошо- то и легко! - обрадовался, проведя по голой шее рукой.

-Дай мне камешек, - протянул я руку к Зиргу. Он спокойно положил мне на ладонь сверкающий рубин. Неожиданно Фифа показал мне картинку, как приложив ко лбу, он растворяет рубин в своем теле.

-А что еще делает этот камень? - решил я уточнить.

-Не знаю, - пожал плечами Зирг.

-Рубины хорошие накопители магии, - нехотя ответил Курен. - Я видел один раз, как молодой маг прикладывал к себе камень и он словно исчезал.

-Фифа, тебе или мне? - повертел я в пальцах камешек.

Фифа, поднялся и подошел ко мне, склонив голову.

-Жадина, - добродушно пожурил я серта, и прикоснулся к его лбу камнем, и в то же мгновение, он словно стал прозрачным, впитываясь в тело серта. А я почувствовал, что моя магическая сила всколыхнулась, и ее стало явно больше.

Я поцеловал своего серта в его смешной носик, и прижался, с радостью касаясь шелковистой шерсти серта.

-Давайте так, - сказал я, снова надевая на шею ошейник, предварительно отметив еще пять небольших рубинов на нем. - Мы идем в ваш город все вместе, делаем дела, потом вы смотрите что и как, а там уже решим, идете ли вы дальше со мной или нет. Так вас устраивает?

-Почтем за честь сопровождать тебя, - поклонился мне Зирг.

-Опять начинается, - закатил я демонстративно глаза. Фифа, кажется, фыркнул и тихо захихикал.

-Зирг, расскажи мне о своем двоюродном брате? - попросил я. - Почему он так с тобой поступил, я уже понял. Желание заполучить власть. Это болезнь многих. Но почему ты не заподозрил в нем предателя? Вот это мне не понятно. Неужели он ни разу не показал своего истинного лица?

Зирг, грустно опустил глаза.

-Давайте двинемся в путь, а по дороге я расскажу почему оказался настолько слеп.

Идти рядом с ними по раскаленному песку желания не было, и на серта пока сажать тоже, но и поступать по-хамски, единолично взгромоздившись на Фифу, я тоже не мог. Пришлось, скрипя зубами, черпая сандалиями горячий твердый песок, шлепать рядом.

-Когда мы были маленькими, то с Хавитом росли вместе. Он всегда был хрупким мальчиком, часто плакал обо что -нибудь ударившись.