Мир приключений, 1969 (№15)

Гуляев, стоявший у крыльца, мельком глянул в его сторону и продолжал разговаривать с Красковым и Седой, кругом седлали лошадей.

— Садись! — зычно скомандовал вахмистр.

Клешкова посадили на буланого рослого копя. Привязали ноги к стременам, руки связали за спиной. Его лошадь была веревкой соединена с лукой седла вахмистра.

— Трогай! — крикнул Красков.

Около него сидели на конях Гуляев и Седая. У Гуляева возбужденно мерцали глаза.

На рассвете банда добралась до совхоза, Красков шепотом отдавал приказания.

Они вступили в парк. Сквозь деревья виден был вдалеке молчаливый барский дом. Крышу мезонина скрывали подступившие липы.

Красков выделил еще четверых, и они, крадучись за деревьями, побежали в сторону дома.

Красков и человек пять оставшихся с ним вышли к фруктовому саду. Ударил взрыв, защелкали выстрелы. Потом застучал из дома «гочкис», но снова грохнуло, и он затих. Выстрелы стучали все чаще."

"Красков вел и вел группу по тропинкам между яблонь. Вот уже осталась сбоку беседка.

— Оно, — сказал Красков, останавливаясь.

Гуляев и Седая подошли к нему. Седая была в военных галифе, сапогах и куртке из козьего меха.

— Копать! — приказал Красков, и все солдаты, бывшие при нем, вытащив саперные лопаты, стали окапывать и подрывать сухое дерево, единственное среди еще живых и полных листвы яблонь,

— Быстрей! — приказал Красков.

Часовой около Клешкова жадно смотрел на копающих. Наконец он не выдержал и побежал к ним. Красков и Седая, прислушиваясь к выстрелам, отошли от копавших и оказались недалеко от присевшего на сивую осеннюю траву Клешкова.

— Как же вы будете использовать эти средства? — спросил Красков.

— Их ждут в губернии, — сказала Седая.

— Мои люди потребуют долю, — хмуро сказал Красков.

— Это деньги не мои, — надменно сказала Седая, — и вы это знаете, капитан. Они нужны для дела.

— Но люди знают, — сказал Красков. — Их же не удержишь.

— Я не виновата, что вы проболтались, — резко перебила Седая.

— Так было надо, — сказал Краснов, прислушиваясь к стрельбе, — иначе их вообще нечем было соблазнить.