Мир приключений, 1969 (№15)

Он шишками питается и вообще маленький! Но мех хороший. Два воротника получится, вам и маме. И Федор Андреевич велел пленку сжечь, все равно костер надо, — добавил он, опасаясь, что она не согласится.

Подошли к яме у корневища.

— Стойте здесь, — прошептал Женька.

Большим камнем он прикрыл дыру на дне ямы, оставив только щель, чтобы барсук еле-еле мог высунуть голову. Молоток поставил наготове, рядом с лиственницей. Взял из рюкзака спички, пленку, бумагу, одними губами сказал: «Я сейчас» — и соскользнул на нижнюю площадку к лазу.

Надя сняла полевую сумку, положила ее на рюкзак, устало потянулась, потерла занемевшее плечо.

Женька подобрался к пещере, прислушался.

Было тихо.

«Неужели ушел? Нет, свежих следов вроде не видно», — решил он.

Высокое белое облако скрыло солнце, и сразу стало сумрачно, для глаз приятно, но как-то беспокойно. Надя взглянула на часы.

«Половина второго. Ничего, засветло успеем», — подумала она.

Костер Женька соорудил по всем правилам — вниз, шапкой, бумагу, всю, что была, не жалея.

Вытащил сразу пять спичек.

Зажег пучком, прикрывая ладонью, чтобы там, в пещере, вспышки не было видно.

Услышал, как загудела, разгораясь, бумага, и побежал. Едва успел Женька вскарабкаться на глыбу, схватить молоток, чтобы ударить барсука, как внизу, над костром, повалил дым, кудлатый, непроницаемый, черный.

И у ног Женьки, из-под корневища, дым вырвался, заклубился.

В то же мгновение будто завыли пароходные сирены. Оглушило до звона в ушах.

Земля задрожала, как в страшной сказке про подземного великана.

Надя громко закричала, но голос ее потонул в какофонии звуков.

И Женька и Надя замерли, не понимая, что происходит, что надо делать.

Валун, которым Женька прикрыл дыру, вдруг высоко подпрыгнул. Земля под ним треснула, как арбуз, что-то мелькнуло, схватило Надю за голенище сапога, сильно потянуло вниз!

Она завизжала истошно, ужас вдвое расширил ее глаза.

Надя рванулась прочь, падая на Женьку. Голенище лопнуло, когти, больно царапнув ногу, соскользнули, вцепившись в полевую сумку, поволокли ее.

И в этот миг валун упал назад, прямо на оскаленную клыкастую морду, которая судорожно рвалась из дыры к свету, к воздуху!

Медведь! Медведь!

Они бежали, скользя и спотыкаясь, по болоту, проламывая лед, ни на секунду не разжимая рук.