Мир приключений, 1969 (№15)

Ученик председателя Лиги наслаждения, указывая на плоды, широко, точно зевая, раскрывал рот. Усилители в ушах ревели.

— Это кофе! Нас надули! Это кофе, обычный кофе. Нас надули! — рычал Оссолоп.

Апологет наслаждения и великий проповедник кивал в такт головой.

Глаза его слезились.

Смит смотрел на происходящее ровно пять секунд. Затем плотно прикрыл дверь, закрыл справочник по растениям Льянганати и поставил его на полку, спрятал шифровку в карман и только после этого направился к себе в каюту. Оттуда он позвонил вниз и попросил прислать к нему в номер кипятку.

«Побольше кипятку. Два-три кофейника чистого кипятку. Ничего более».

Усевшись поплотнее в кресле, он стал ожидать стюарда с кипятком. На дне кофейной чашки лежали несколько темных зерен. Обдав горячей водой, их легко растереть и сделать то, что именуют водной экстракцией. Эффект смеси, конечно, не сравним с действием чистого вещества, но все же какие-то ощущения должны возникнуть...

40Питер Ик был не в настроении.

«К черту всех лекторов и все лекции мира.

Писатель прошел в знакомый бар. На месте Мимуазы стоял худенький юноша с усиками.

— Где же Миму?

— Сеньора Мимуаза больна. — Мальчик едва говорил по-английски.

— Как тебя зовут?

— Хуанито, сеньор.

— Налей мне две чашки покрепче, Хуанито, да не забудь коньяк.

— Кофе придется подождать, сеньор. Один момент.

Бой надавил красную кнопку, и кофемолка взвыла, как циркулярная пила.

— Ты знаешь, кто у тебя только что был, малыш?

— Нет, сеньор. Вы о господине в черном?

— Что он здесь делал?

— Пил кофе, сеньор, выпил две чашечки кофе.

Ик перелил коньяк из рюмки в запрокинутую голову, блаженно зажмурился и глотнул.

— А больше он ничего не пил? Отменное бренди.

— Нет, сеньор, этот господин никогда не берет спиртное. Я, по крайней мере, ни разу не видел, чтобы он пил.

Писатель покачал головой:

— Вот как? А мне показалось... Во всяком случае, выглядел он не совсем обычно. Ну что же кофе, малыш?

41Сэм Смит вбежал в радиорубку и захлопнул за собой дверь.

Радист спал в кресле, безмятежно уронив голову в простертые куда-то руки, пальцы которых чуть-чуть не дотягивались до порожней бутылки с гордоновским джимом. Причинно-следственные связи напрашивались сами собой.

Сэм тряхнул радиста за плечо.