Мир приключений, 1969 (№15)

Двухкомнатная стандартная квартира: телевизор в углу, сервант, стол, тахта, над которой на коврике висело ружье, а под ним — патронташ. Ничего лишнего, и никаких примет нехваток.

— Что вам? — сердито спросила сестра Свиридова.

— Перерегистрация оружия, — как было договорено, сказал Яснов. — Вызывали мы его владельца, а он не являлся. Пришлось самим тащиться. Вот припаяем штраф, будете знать.

Яснов сел за стол и, раскрыв папку, вынул нарочно прихваченную «бухгалтерию» и медленно стал разбираться в ней.

— Та-ак.

— Это ж за что на нас штраф? — робко спросила старушка.

— У них других слов нету — только штраф да штраф! — резко бросила девушка.

— Штраф за то, что не явился на перерегистрацию. И взносов не платит.

— Когда ему являться-то? Всё на работе, всё на работе...

— Ладно, мама, что ты объясняешь?!

— Так я же правду говорю.

— Та-ак. Хорошо... А много ли дичи приносит ваш охотник? Может, ему и вправду не за что взносы платить?

— Да какая там дичь! Какая уж там дичь! Сходит, пол-литра выпьют, постреляют в шапку и обратно.

— Когда ж это с ним произошло? Такая прискорбная история! Зимой уже? — спросил Яснов и, поднявшись, прошел к тахте. — Разрешите посмотреть?

— Смотрите, смотрите... Да нет, не зимой. Это осенью еще было. Поздней осенью. Ходили они тут, в аккурат еще Робка приезжал. — Старушка обернулась к дочери и взглядом попросила у нее подтверждения своих слов.

— Мама! — крикнула девушка.

— Так люди же спрашивают.

— Люди свое дело делают. А ты им мешаешь.

Яснов переломил двустволку и посмотрел ствол на свет.

— А зимой он разве не охотится? — спросил Николай.

— Редко.

— Что так? На лыжах ходить не умеет?

— Зачем? На лыжах он хорошо ходит, да только зимой день маленький — не управляется.

— Грязновата... — отметил Яснов. — Не умеет обращаться с оружием.

— Да полно, что вы! — испугалась старушка. — Он вот недавно ее чистил, винтовку-то свою.

— Не видно что-то... Придется замечание делать.

— Нет, верно, верно, — вмешалась девушка. — Оно у него все в кладовке хранилось, а когда мы купили ковер к тахте, он его вынул, вычистил и повесил. «Красивее, говорит, будет».

Она, словно подтверждая свои слова, открыла кладовку, и Грошев заглянул в нее: лыж там не было.

— Красивей-то красивей, а вот чистить нужно своевременно. А он, поди, месяца два не чистил.

— Да что вы, когда мы коврик купили...