Мир обретённый

Переходят целые здания.

Наконец-то он понял, что увидела Алли — и что это значило для всех них.

Милос стремглав помчался к поезду; память сердца неистово билась в его груди — не от нагрузки, а от волнения. И от страха — чего он ещё не был готов признать. Когда он добрался до поезда, другие сразу поняли, что что-то случилось. То ли по глазам догадались, то ли его послесвечение стало бледнее, и не только бледнее, но даже как-то позеленело.

Милос пробрался сквозь толпу прыгающих, бегающих, играющих детишек, и нашёл Спидо.

— Мне нужно пятьдесят наших самых сильных послесветов, — выдохнул Милос.

— Зачем? — спросил Спидо.

Милос не удостоил его ответом.

— Собери их и пусть встретят меня у церкви.

По тому, как Милос появился у церкви с огромной (слишком огромной по мнению Алли) группой послесветов, Алли поняла, что он, наконец, до всего додумался."

"— Я же говорила — ты сам увидишь, — сказала она, стараясь не выдать своего волнения. — Всего-то и нужно было, что немного более широкая перспектива.

Милос метнул в неё взгляд, причем не очень-то добрый.

— Ничего не понимаю, — промолвил Спидо. — Все эти ребята — они что, для моей экспедиции?

— Не будет никакой экспедиции, — сказал Милос. — Загляни-ка под церковь и скажи, что ты там видишь.

Спидо неохотно присел на корточки, пригнул голову, заглянул...

— Вижу пол церкви... а под ним — рельсы.

— Именно, — подтвердил Милос. — Церковь стоит на рельсах.

— И что с того? — не понимал Спидо.

Милос снова бросил на Алли злой взгляд, затем вернулся к разговору со Спидо.

— С каких это пор здания стали переходить без фундамента? — задал он вопрос. Спидо мог только что-то невнятно пролопотать. — Ответ — ни с каких. И это не перешло. — Милос указал на ту сторону озера. — Фундамент — там, на той стороне.

— Значит... если церковь перешла... — дрожащим голосом промолвил Спидо, — ...как она попала поперёк нашей колеи? — По тону, каким он задал свой вопрос, было ясно, что Спидо боится услышать ответ.

— Кто-то её сюда передвинул, — разъяснил Милос. — Кто-то поднял её, пронёс вокруг озера и поставил поперёк пути.

— Золотую звезду нашему Милосу! — прокомментировала Алли.

Милос, склонный во всём обвинять вестника, в ярости налетел на неё:

— А ну заткнись, не то найду кусок липкой ленты и заклею тебе пасть!

На что Алли спокойно возразила:

— Не найдёшь. Липкая лента никогда не переходит.

И это была правда.