Мир-о-творец

В нем не было только кавалерии.

Лишь пехота и артиллерия, полностью унифицированная по структуре, снаряжению и вооружению со старым легионом. Но лиха беда начало? Кавалерию для них можно и позже сделать. Либо вообще вывести ее за рамки легиона во вспомогательные отряды усиления. Было над чем подумать…

Их заметили.

Почти сразу.

И выехали навстречу. Прямо целой делегацией.

Но слишком быстро собраться не удалось, поэтому Марфа приблизилась к мужу лишь у ворот лагеря. Едва метрах в пятидесяти. Одеться-снарядится дело не быстрое для дамы.

Тем более по такому важному случаю.

– Ну здравствуй Марфуша, – мягко произнес Андрей. – Как ты?

– Тебя долго не было. Я очень соскучилась.

– Дела. Да ты и сама знаешь… – пожал плечами супруг, продолжая доброжелательно и ласково смотреть на свою женщину.

– Дела… – чуть скривившись повторила она. – Дети уже забыли, как выглядит их отец.

– Ты же хорошо рисуешь. Изобразила бы им что-нибудь.

– Я тебе такого нарисую – век помнить будешь… – нахмурилась она. – Ты разве не понимаешь? Я устала.

Просто устала быть одна. Я – женщина. И не хочу тащить на себе весь груз. Покушения. Управления. Боже…

– Жалеешь?

– Будь проклят тот день, когда мне подарили VR-шлем…

– Давай не будем об этом. Во всяком случае, не здесь и не сейчас.

– А когда?

– Чего эти хотят? – кивнул Андрей на англичан, что стояли в некотором отдалении.

Надо сказать, что им дали возможность поговорить практически наедине, не став слишком приближаться.

– Поговорить с тобой жаждут.

– Со мной?"

"– С тобой.

Меня совсем допекли. Не поверишь – хотела уже приказать где-то прикопать их по-тихому. И так они пытались ко мне подъехать, и этак. Разве что на кривой кобыле пока не пробовали.

– Что им надо? – с нажимом произнес явно начавший раздражаться Андрей.

Марфа вместо ответа многозначительно улыбнулась, а потом махнула им рукой, подзывая. И те охотно подскочили.

– Вы что хотели от меня? – спросил он по-английски. Да, он использовал современный английский, но XVI век – это как раз то время, когда шел переход от староанглийского к его современному виду.

И, в целом, они его поняли. Более того, посчитали, будто бы именно он говорит на старом наречии.

– Ваше Величество, – поклонился патриарх Англии. И вместе с ним склонились остальные. – Мы просили бы вашего разрешения пригласить вашего старшего сына на престол Англии.

– Нет.

– Но почему?

– Мой сын – мой наследник. И он должен расти рядом со мной. Еще вопросы?

– Но… как нам быть? – растерялся Патриарх.