Мир Аматорио. Соблазн

Зачем они ей понадобились? Она вздумала соблазнить престарелого библиотекаря или ботаников? Или хочет, чтобы ее считали начитанной? Или все-таки решила взяться за ум? В последнее я слабо верю, хотя Кэш случайно обмолвился, что на уроке ораторского искусства она была хороша.

Глухой звук от удара отвлекает меня от размышлений. На пол падает книга, и Кристиана наклоняется за ней, изящно прогнувшись в спине. Я тут же скольжу глазами по ее длинным ногам, и от увиденного у меня пересыхает во рту. Проклятье, эта девчонка будто бы назло меня дразнит.

Вся кровь в теле мгновенно устремляется в пах, словно молния, пронзившая небо. Член становится твердым и пульсирует, когда я представляю, как усаживаю Кристиану к себе на колени и задираю на ней юбку. Черт. Это уже второй стояк за этот день. И оба раза по вине Кристианы.

С того момента, как она утром убежала от меня из машины, оставив меня один на один с жуткой эрекцией, я не могу думать ни о чем другом, кроме нее. Боже.

Как эта девушка смотрела с вызовом, когда прикасалась ко мне.

Из-за того, что я думал о Кристиане гораздо больше, чем следовало, мне пришлось перед занятиями отправиться в бассейн. Я без передыха плавал кролем на протяжении сорока минут. Но даже после изнурительной тренировки я все равно остался слишком бодрым и не ощущал усталости, на которую рассчитывал.

Тем временем подняв книгу, Кристиана выпрямляется в полный рост и откидывает волосы за спину.

Кристиана разворачивается ко мне лицом, и я тут же прислоняюсь затылком к колоне. Глубоко вздыхаю и раздраженно отодвигаю воротник рубашки от своей пылающей шеи. Не знаю, радоваться, что Кристиана меня не заметила, или бояться, что я имею первую или вторую степень сталкерства.

Мое сердце бьется быстрее, когда она, прижав учебники к груди, проходит буквально в нескольких шагах от меня.

Выглянув из-за очередного укрытия, я вижу стоящую ко мне в профиль Кристиану. Оперевшись локтями на деревянную стойку, она разговаривает с библиотекарем и мило улыбается. В школьной форме и в этих дурацких балетках она выглядит, как олицетворение невинности.