Мир, где нет тебя

 – Любовь Аркадьевна присела за стол с чашкой зелёного чая. Покосилась на тарелку с блинами и тихонько вздохнула. Гордо отвернулась.

– Съешь, – посоветовала ей Лана. – Я один съела, поддержи меня.

– Нет уж. Пусть сам ест свои блины.

Соня вышла из-за стола, липкими руками отнесла в раковину грязную тарелку, и кинулась мыть руки и умываться, после просьбы Ланы. А когда она выбежала из кухни, Любовь Аркадьевна тут же повернулась к дочери и живо поинтересовалась:

– Ваня ночевал здесь?

– Мы поздно вернулись, – попыталась вывернуться Лана.

– Интересная была ночь? – невинно переспросила мать.

Лана лишь головой качнула, в ответ на её неприличные предположения.

– Мы катались на яхте по Волге. И больше ничего предосудительного.

– А кто тебя судит? Провели хорошо время, и замечательно.

– Да, – негромко отозвалась Лана. Побарабанила пальцами по столу. Затем сказала: – Утром я говорила со Славой. Первый нормальный разговор за несколько недель.

– И что он тебе сказал?

– В том-то и дело, что ничего.

– Ого. – Любовь Аркадьевна взглянула на дочь с интересом. – Славик опомнился?

– Не знаю. Я пресекла его попытку заговорить об этом. Посоветовала связаться с моим адвокатом.

– И как он отреагировал?

– Кажется, всерьёз не воспринял. А я теперь ломай голову над тем, что он в очередной раз замыслил. В Москву звал, представляешь?

– Поедешь?

– Нет, конечно! Чтобы оказаться беспомощной на его территории? Я с ним буду общаться исключительно через Харламова.

– Ты не хочешь ехать или на самом деле опасаешься?

Лана немного растерялась от такой постановки вопроса, едва заметно пожала плечами.

– Наверное, не хочу. Не вижу смысла.

– Конечно. Тебе же здесь блины пекут. А там надо Славу облизывать.

Лана кинула на мать особенный взгляд. И вместо того, чтобы начать спорить, мягко проговорила:

– Ты не права.

Ближе к обеду Лана решила съездить в город. До начала учебного года оставалось совсем немного времени, Иван обещал подыскать хорошую школу для Сони и заняться всеми формальностями.