Мир будет спасён!

Всё-таки не правильно это – радоваться, что друг сознание потерял…, с другой стороны…

Он двигался быстро, пытаясь ориентироваться только на звуковой сигнал датчика аномалий, каковой висит на поясе, да на собственные чувства. То есть, шёл нормальным спокойным шагом, справедливо полагая, что солдаты Долга будут идти ещё медленнее. Каждый шаг, он вздрагивал от потаённого страха – это ведь Зона, здесь, без Велеса, который будет указывать путь, любой неосторожный шаг…

-Рома! – Взвыл очнувшийся Велес. – В сторону! Ты в Вихрь сейчас наступишь!

Рома остановился.

-Можешь меня поставить, мне легче. – Заявил сталкер. – Я сам пойду.

Но не случилось. Едва став наземь, Велес свалился, постанывая от боли в разорванном, но переставшем кровоточить боку. Однако идти он и правда мог – но лишь опираясь всем телом на Романа, используя его и как костыль и как тягловую силу.

Обливаясь потом, скрипя зубами, Рома старался тащить Велеса вперёд, как можно быстрее, почти на пределе своих возможностей.

-Спасибо, Рома, что не бросил меня. – Пробормотал Велес, бледный и почти мёртвый, спустя пару часов пути. – Ты настоящий друг.

-Я могу бросить артефакты, тогда мы…

-Даже думать не смей! – Поспешно и даже яростно воскликнул Велес.

Пришлось так идти – что-то подсказывало Роману, что если он рюкзак бросит, Велес вообще никуда не пойдёт, заявив, что станет отстреливаться, пока рана не заживёт и только тогда, снова отправится спасать мир.

В общем, путь оказался долгим, трудным и в крови Велеса, перемазались оба с ног до головы.

А ближе к закату, случилось удивительное.

-Я тебе немножко соврал. – Признался Велес, когда Роман выбился из сил и решил передохнуть. Плюсом его нынешнего состояния было то, что не только раны, но и усталость, исчезали гораздо быстрее, чем прежде.

-Я не удивлён. – Ответил он на признание Велеса.

-Дело вот в чём, как бы это сказать?

-Как есть, так и говори.

-В общем, бомба там. – Велес указал рукой на холмы, правее их пути и метров на сто дальше.

Рома прищурившись, посмотрел туда. В сгущавшихся сумерках, он разглядел откос холма, тёмное пятно и рощу деревьев, одно из которых выглядело кривым и уродливым.