Миндаль

Жизни в ее руке было не больше, чем в сухой ветке.

— Он… Это он, мой сынок, мой Ли Су. Милый, наконец-то! Что же ты так долго…

Женщина зашлась в неудержимых рыданиях. Удивительно, но в ее дряхлом теле еще оставались силы на то, чтобы так плакать. Ее трясло так, что я начал опасаться, не рассыплется ли она в труху.

— Прости маму, сынок. Ведь мы столько не успели с тобой сделать! Мне хотелось сидеть вместе с тобой за обеденным столом, путешествовать вместе с тобой, да просто наблюдать, как ты растешь. Но жизнь пошла не так, как задумывалось.

Когда ее «спасибо» и «прости» пошли уже на десятый круг, она заплакала снова, но потом с усилием заставила себя улыбнуться. За те полчаса, что я провел с ней, она ни разу не выпустила мою ладонь из своей и все время гладила меня по щеке. Похоже, все жизненные силы, что у нее еще оставались, она изливала на меня.

Мне много разговаривать не пришлось. Как только она ненадолго замолкала, профессор делал мне знак глазами, и я говорил заранее подготовленные фразы: что рос в хорошей семье, что особых тягот у меня не было, что теперь, когда рядом есть папа, я с еще большим рвением возьмусь за учебу, так что за это она может быть спокойна.

— Можно тебя обнять?

Это были ее последние слова. Иссохшие руки-ветки плотно прижались к моей спине. Ощущение было, как будто я попал в цепкий капкан, вырваться из которого невозможно.

28Оказалось, что жена профессора Юна когда-то была успешной журналисткой. Энергичной, напористой. Писавшей колкие статьи и не боявшейся ставить собеседников в тупик острыми вопросами. Вот только ее постоянно грызло чувство вины за то, что из-за занятости она не может уделять много времени своему ребенку и все время приходится отдавать его в чужие руки, нанимать бэби-ситтеров.

Но в тот день ей как раз удалось впервые за долгое время взять отгул и вдвоем с сыном пойти в парк развлечений. Взяв малыша на руки, она поднялась на вращающуюся карусель. Светило солнце, было тепло, и им было хорошо на свежем воздухе. Неожиданно у нее зазвонил мобильный. Малыш хотел покататься еще, но мать, держа его за руку, спустилась с карусели и ответила на звонок.