Минус на минус

 – Пишем вопросы. С каждого по десять.

Мы затрещали ручками, пытаясь добиться хоть какой-то каллиграфии в движущемся поезде. Я искоса поглядывала по сторонам, чувствуя, что братья и Поля делают то же самое. Каждый хотел узнать об интересующем его человеке что-то личное, важное для себя. Но при этом помнил, что вопросы перемешаются и, быть может, тебе выпадет твой же. Потому мне, например, было страшно спрашивать о чем-то совсем уж пикантном. Поля такими комплексами не страдала. Она дописала первая и, предвкушающе скалясь, принялась притопывать ножкой:

– Быстрее, ребята, быстрее! Это не та игра, где нужно долго думать.

– Да я смотрю, тебе мыслительный процесс вообще несвойственен, – буркнул Алекс.

Я подняла на него удивленный взгляд: с чего вдруг такие нападки? Но Поля только беззлобно отмахнулась:

– Тебя не спросила. Давайте-давайте, ребята, в темпе. Сдаем листочки и начинаем. Ева, у тебя готово? Учти: ты должна ответить хотя бы на один вопрос. А не как в прошлый раз.

– А ты не задавай вопросы, от которых любой нормальный человек пойдет кукарекать!

– Кукарекать? – наконец закончил писать Богдан и, услышав только последнее слово, удивленно захлопал ресницами: – Зачем кукарекать? Я не хочу!

– Отлично, – обрадовалась Поля, забирая у него листочки.

– А с чего это я должен за ним идти?

Подруга криво усмехнулась, засунула руку в непрозрачный пакет, куда только что сбросила все вопросы, и вытащила один наугад:

– Богданчик, что тебе сказал отец, когда увидел над обеденным столом то забавное украшение из бисера и древесины?

– Э… пойду-ка я за напитками, – тут же сориентировался брат.

– Чай, чай, – смеясь, кивнула Полина.

Богдан подорвался и выскочил из купе.

– Слушай, – тронула я ее за рукав, – там же не было такого вопроса.

– Хочешь пойти ему помочь? – строго нахмурилась готесса, удерживая руку над раскрытым пакетом.

Я вздохнула и покачала головой. У Поли было много хороших качеств: она была верной, внимательной и преданной подругой, интересной личностью, веселой собеседницей.