Милая обманщица, или Гувернантка из трущоб

Моя рука замерла на локонах девочки, чтобы спустя мгновение снова начать гладить их.

— Ты любила ее?

— Да. Но она нас нет. А я так хотела, чтобы она играла с нами. Читала нам сказки. Водила на озеро.

Иллария всхлипнула, уткнулась вновь в подушку. Ее плечи затряслись от рыданий. Я ничего не говорила, только молча ждала, когда она выплачется.

— Она сказала, что лучше бы мы умерли! Что мы не должны были родиться!

Внутри меня ворочались стеклянные осколки, резали сердце, когда она говорила это. Бедные дети, сколько им пришлось терпеть.

— Я… я хочу к маме, — сдавленно прошептала она. — Хочу, чтобы она вернулась и полюбила нас! Хочу, чтобы Эстебан не забывал ее! Чтобы я не забыла!

Я не выдержала. Схватила Илларию, прижала к себе.

— Я хочу к папе! — захлебывалась она. — Почему он бросил нас? Почему они оба нас оставили?

Она плакала в моих руках и дрожала. Я чувствовала, как по моим щекам текли слезы.

Не знаю, сколько это продолжалась, но магиара наконец успокоилась. Она осторожно начала выбираться из моих рук, и я выпустила ее. Взгляд мой упал на ее ладони, которые покраснели и покрылись волдырями.

— Что это? — я перехватила ее руки, перевернула вверх ладонями чтобы рассмотреть. — Ты обожглась?

— Я не знаю, как так вышло.

Ее гнев настолько напитал магию, что она обожгла девочке руки, когда выходила.

— Болит?

Иллария кивнула.

Я встала, направилась к ширме. Взяла полотенце, намочила его в воде из кувшина, приложила к ранам.

— Лучше?

— Да.

— Я попрошу Летиссию найти для тебя мазь от ожогов.

Мы на какое-то время замолчали.

— Теперь ты понимаешь, как важно контролировать свой дар? Ты не только вредишь другим, но и себе. Не магия должна управлять тобой, а ты ей.

— Я поняла. Я буду стараться.

— И не вини Эстебана. Он любил ее, как и ты. Но это не значит, что нужно цепляться за прошлое. Нужно идти вперед.

Иллария кивнула, опустила глаза на ковер. Она выглядела уже спокойной.

Я коснулась ее руки, утешая, и направилась к двери.

— Госпожа Амалия? — позвала она.

Я обернулась.

— Это ничего не значит. Я все равно вас ненавижу.

Звучало неубедительно, и я улыбнулась:

— Сильно?

— Да.

— Как скажешь. Так мне уехать?

На мгновение воцарилась тишина. Иллария медлила с ответом.

— Нет, — выдавила она нехотя.

Я кивнула ей и вышла из спальни, закрыла дверь. Ее слова меня не обманут.