Мятежница

Послужит верную службу, вернув ему ту, без которой он прожил уже почти…

Долго, слишком долго он жил без своей Эмилии, и каждый день был по-особенному мучительным!

При мысли об утрате боль разбитого сердца накатила на него с новой силой. Захлестнула с головой, вырвав мучительный стон из груди.

Он резко замотал головой, прогоняя эти мысли, стараясь избежать очередного приступа отчаяния, который вполне мог уложить его в кровать на несколько дней. А ведь он должен был действовать!..

Поэтому он повернулся, решив, что ему стоит выйти на свежий воздух и.

Но нет, несмотря на то, что говорили о нем некоторые, он всегда оставался адекватным и полностью отдавал отчет в своих поступках. На провалы в памяти тоже не жаловался - но ровно до этого самого момента.

Он всегда заказывал одну и ту же каюту на «Королеве Солнца», и теперь ему казалось, что этой стены здесь быть не должно.

Но вместо этого он почти уткнулся носом в стену с обоями переливчато-синего цвета.

С другой стороны, быть может, эта мелочь попросту вылетела у него из головы? Немудрено, ведь последние годы он провел в пучине отчаяния. Затем на смену горю пришел гнев – на себя, на то, что не уследил. За ним последовала жуткая депрессия, в тяжелейшие моменты которой он даже думал наложить на себя руки.

Но не стал этого делать, однажды наткнувшись в одной из книг на упоминание… В ней говорилось, что существует способ вернуть Эмилию, и с тех пор вся его жизнь была подчинена тому, чтобы найти доказательства этим словам.

Долгими месяцами, складывавшимися в годы, он корпел над древними свитками, разыскивая их по всему материку.

Наконец, в Канберге ему удалось поставить точку в своем исследовании. Отыскать способ, как проникнуть в другой мир, откуда он собирался вернуть свою жену.

Оставалось лишь претворить это в жизнь."

"Но все должно было произойти именно в том самом месте, где он и потерял свою Эмилию. К тому же, для этого ему понадобятся еще три недостающих компонента, потому что один у него уже был.

Эта мысль ему категорически не понравилась, и он поморщился.

- Нет же! – ласково произнес он, вновь повернувшись к спящей девушке. Гулять перехотелось.