Метро до Африки

Вот здорово! Она решила, что я пришла просить материальную помощь на похороны, и советует взять деньги у сотрудницы, которая придет через месяц!

– До свидания, – царственно кивнула Мухина. – Вернее, прощайте. Никакой необходимости в наших дальнейших встречах, слава господу, нет.

– А вы хорошо знали Леокадию Бланк? – Я попыталась нарыть хоть крошку информации.

– Эту отвратительную шарлатанку, гнусную обманщицу, гадкую бабенку, чьим заявлениям ни в коем случае нельзя было верить? – раскипятилась Елена Георгиевна.

– Штруделя? – переспросила я.

Елена Георгиевна тряхнула головой, «хала» незамедлительно принялась валиться набок.

– Это пирог с яблоками, – пояснила Мухина, водрузив башню на место, – национальное фашистское блюдо.

– По-моему, штруделем в основном славится Австрия, – проявила я образованность.

– О боже! – закатила глаза Елена Георгиевна. – Мне все равно! Хоть бы они вместе манную кашу готовили. Не о том речь! Наивная Анна Иосифовна Леокадию приголубила, и что получилось? Ничего хорошего!

– Они поссорились? Поэтому Леокадия уволилась?

Мухина оперлась о письменный стол и заявила:

– Не смею вас больше задерживать.

– Нельзя ли побеседовать с госпожой Кранц?

– Ее смена завтра.

– Скажите, пожалуйста, телефон Анны Иоси­фовны.

– Не имею на то полномочий.

– Понимаете, мне очень надо…

– До свидания, – отрезала Мухина, – прошу на выход. Если хотите пообщаться с товарищем Кранц, можете прийти сюда завтра, к десяти утра. В отличие от меня, ответственного и работящего человека, Анна Иосифовна не стесняется болтать о пустяках во время службы.

Несолоно хлебавши я вышла на улицу и решила еще раз поговорить с Полиной Жуковой. Почему медсестра соврала мне о месте работы Юли? В библиотеке служила не девушка, а ее мачеха!

Скорей всего, Полина уже вернулась домой. Она после нашей беседы как раз отправилась сдавать смену.

Мой расчет не оправдался – медсестра не открыла дверь квартиры. Я пошаталась по двору, посидела на скамеечке и внезапно очень захотела есть.