Метро до Африки

– Все равно, – небрежно махнула рукой дама, – в зале только лишь две сотрудницы: Анна Иосифовна Кранц и я, Елена Георгиевна Мухина. Более никого нет.

Я растерялась.

– Но мне сказали, что Юля…

– Неправда, – отрезала Мухина, – мы с Анной Иосифовной здесь больше тридцати пяти лет работаем. Уж поверьте, память у меня отличная. Да и как она может быть другой у женщины, которой едва перевалило за сорок?

Я деликатно отвела глаза в сторону. Если госпоже Мухиной «едва перевалило за сорок» и она, судя по только что сделанному ею же заявлению, «здесь больше тридцати пяти лет», то в каком возрасте она нанялась на службу?

– Да, – торжественно продолжала Елена Георгиевна, – тут изредка появлялись пришлые люди вроде Леокадии Бланк, но они долго не задерживались, потому что не привыкли хорошо трудиться.

– Юлия Моргалова падчерица Бланк, – перебила я библиотекаршу. – Неужели она никогда не рассказывала вам о воспитаннице? Думаю, Юля здесь бы­вала.

– А в чем, собственно говоря, дело? – покраснела Мухина.

– Девушка на днях скончалась.

– Спаси господи, – перекрестилась дама. – Нынешняя молодежь ужасна, сплошь наркоманы. Позавчера приходила новенькая лаборантка, ее Петр Семенович за литературой прислал. Не поверите, в чем она явилась! В непотребных, рваных штанах, которым место на помойке! Ничего удивительного в ваших словах нет. Если постоянно пить водку, до зрелых лет не доживешь!

– Юлия была алкоголичкой? – усомнилась я.

– Я уже говорила: впервые слышу об этой девице.

– Но вы сейчас…

– Это вы сейчас заявили о кончине Моргуновой, – перебила меня библиотекарша. – По какой еще причине молодая женщина ушла в мир иной? Стопроцентно она наркоманка и пьяница.

Железная логика! Наверное, Елена Георгиевна никогда не слышала об автокатастрофах, болезнях и убийствах.

– Вы отвлекаете меня от работы, – снова начала злиться дама, – я должна выдавать книги, а не обсуждать всякие глупости.

– Юлия умерла.

– Уже слышала.

– Девушка жила одна и…"

"– Ох, ясно! – замахала руками Мухина.

– А Никитина на работе?

Елена Георгиевна бросила взгляд на календарь.

– Будет в конце июля.

– Но сейчас июнь!

– И что? У нее отпуск. Как и у подавляющего большинства наших сотрудников.

Я уставилась на Мухину.