Метка оборотня

Он полез за ключами в карман. Лиам стоял рядом и следил за ним. Такой грациозный, сексуальный… и абсолютно ненормальный. Настоящий маньяк. Да, за последние два года его вкусы стали гораздо непритязательнее. А он-то думал, что хуже чокнутого старины Билла быть не может.

Алек вошел в квартиру, бросил ключи и бумажник на стол и направился к холодильнику за пивом. Он открыл одну бутылку для Лиама, молча протянул ему и уселся на стул.

Он не станет начинать разговор, черт возьми, хотя Лиам явно не может подыскать слова.

Лиам прерывисто вздохнул как будто от отчаяния. Когда Алек поднял на него глаза, Лиам сделал то же самое. Золотой мальчик казался растерянным. Что, правда, не объясняло, что он тут делает, хотя Алеку несколько полегчало.

- Ты сегодня тоже собираешься на меня напрыгнуть? – спросил Алек.

Лиам поморщился.

- Нет, прости за ту ночь.

Алек хлебнул пива, сделав вид, что не услышал извинения.

- Тогда зачем ты здесь?

Избегая его взгляда, Лиам пробормотал:

- У меня к тебе просьба.

- Слушаю.

Снова этот вздох. От него Алеку хотелось успокоить Лиама. Если бы он или Лиам были хоть немного нормальными, то они могли бы попробовать. Но не так, не так.

Лиам наклонил голову.

- Ну? – раздраженно спросил Алек.

- Ты не снимешь рубашку? – спросил Лиам, и его передернуло.

- Нет. – Едва сдерживаясь, Алек поставил бутылку на стол и встал.

- Черт. – Лиам снова отвел глаза. От его отчаяния Алеку стало не по себе. Он пригласил Лиама, потому что в тот момент ему было на все наплевать. Но апатия никогда не длилась слишком долго, и он пришел в себя настолько, что поведение Лиама просто ставило его в тупик.

- Я хочу, чтобы ты ушел.

- Послушай. – Лиам внимательно посмотрел на Алека. – Обещаю тотчас же уйти отсюда. Только сними рубашку.

- Нет. – Это какой-то идиотизм.

Взглядом словно прося прощения, Лиам отставил нетронутое пиво.

- О нет. – Алек отпрянул, но Лиам последовал за ним.

- Это все, что мне нужно. Все.

- Я не хочу, - бросил Алек сквозь зубы. Он не знал, что Лиам ожидает увидеть. Грудь у него была неплохая, но теперь ее пересекал шрам.