Любовь Дикого (СИ)

Кто мог его подставить в первую очередь.

— Ты бы лучше так про чистосердечное признание беспокоился.

— Какое еще, — сглатывает. — Признание?

— Такое, которое твои люди в полиции сейчас дают.

А тут уже правда.

Каримов позаботился, чтобы несостоявшиеся убийцы отправились в участок. И там они не только про попытку меня грохнуть расскажут. Каримов умеет убеждать.

— Нет, никто не примет у них ничего, — бормочет Батуров.

— Примут.

Полицейские в ахуе. Но принять им это придется. И в ход пустить тоже.

— Чего ты хочешь? — выдает Батуров.

— Предложение одно.

— Леонид, — глотает с трудом. — Не поймет. Если передам управление полностью, то он же… нет, он меня сразу уберет. Фонд… нет, он точно не поймет.

Логично.

— Ну так придумай что-нибудь, — говорю.

— Что я могу придумать?

— Что-то такое, чтобы он поверил.

Хлопаю его по плечу.

Батуров безвольно опускается на лавку.

— Видишь? — спрашиваю. — Мой адвокат идет. С документами. Либо ты прямо сейчас все подписываешь. По-хорошему разойдемся. Либо… до суда не доживешь.

Батуров смотрит на меня. Ничего не отвечает.

Но понятно, о чем он думает.

“По-хорошему” тут не будет. Некоторое время он еще протянет, наплетет Леониду Аркадьевичу разные легенды, почему вдруг переписал все имущество на чужака. Только тот не купится. Проверит. Поймет. И тогда…

А при другом раскладе до суда он и правда не доживет.

Выбор без выбора.

Батуров уже понимает, что начнется. И как пойдет дальше. Рвать его будут. На куски. Жестко. Ну и кто теперь царь? Помогает ему пистолет? Или бабло?

Нет.

Решать тут нечего. Решения нет.

— Мне нужно время, — наконец, говорит он.

— Не нужно.

Вышло твое время. Еще не понял? Доступно же объяснил.

А Батуров понимает. Верить не хочет. До последнего сопротивляется. Но уже ясно — он подпишет. Хоть так выиграет отсрочку.

* * *Вечером обработка записи с кассеты готова, и я отправляю ее Воронцову.

Практически сразу раздается звонок.

— Откуда это у вас?

— Дочь Батурова передала.

Тишина.

— Кто видел запись? — спрашивает Воронцов.

— Мой специалист по оцифровке.

И снова тихо.

— Мои люди умеют молчать, — говорю.

— Знаю.

— Тогда…

— Хорошая работа, Демьян.

Вызов обрывается.

Убираю телефон. Достаю пачку сигарет. Закуриваю.

Мысли плавят виски. Дело успешно закрыто, а чутье муторное. Дурное.

Каримов так и не объявляется.

А рано утром приходит сообщение от Воронцова. Время и место. Отель неподалеку.

Никакой встречи не планировалось. Да и с кем? Моя часть задачи выполнена.