Метель

В школе нам с ней доставалось почти в равной степени, только к ней применялась ещё дразнилка «очкарик», которая со временем закрепилась как прозвище. Симпатичная блондинка с длинными, как у меня, волосами, привлекала мальчишек, но была настолько застенчива и скромна, что краснела и заикалась при разговоре. Она не изменилась, стоя сейчас передо мной в привычных очках и с длинной косой, переброшенной через плечо.

– Привет, Валь, – искренне улыбаюсь, потому что она одна из немногих, кого мне действительно приятно видеть.

– Вернулась, – вздыхает и опускает взгляд. За её руку держится девчушка лет четырёх, из-под розовой шапки которой торчат кончики светлых хвостиков. – Это младшая – Василиса. Старшей пять.

– С мужем? – интересуюсь, потому что дед рассказывал, что Валя переехала в Магадан.

– Без, Маш. У меня почти как у Зойки.

Ясно. И этого не обошла стороной болезнь под названием алкогольная зависимость. А «почти», вероятно, означает, что муж Вали пьёт и здравствует.

– Где живёшь?

– В доме родителей. Он старенький, небольшой, но нам хватает. Свой угол есть. Работаю в Доме культуры. Я же музыкальное окончила. Вот теперь с детками занимаюсь. Платят немного, но хоть что-то… – поправляет шапку дочери и прижимает к себе. – Ты, кстати, приходи завтра на концерт.

– Концерт? В честь чего? – силюсь вспомнить сегодняшнюю дату, не припоминая праздников.

– Старый Новый год, – торжественно объявляет. – Всегда стараемся сделать праздник для детей, можно сказать – второй Новый год.

Везде Рыжая успевает отметиться. Вот же… Со времён школы ничего для Зои не изменилось.

– Я смотрю, она в своём репертуаре?

– Да.

– Вчера она меня оповестила, что с новым мужчиной встречается.

– Ой, – цокает Валя, – у неё каждую неделю новый, а сейчас и подавно – сезон зимней охоты. Понимаешь о чём я?

Как никто понимаю. Все ухажёры Зои «залётные» и с ограниченным сроком. Завершение охоты равно конец отношений.

– Конечно, – подмигиваю.