Метатель. Книга 4

— Да, — он снова сник. — Вы всё испортили.

Я почувствовал волну искренней досады — похоже, он действительно верил в правильность их действий.

— Ещё вопрос, — я прищурился. — Где сейчас Главный?

Новая волна страха, но теперь другого — более глубокого, первобытного.

— Я… я не могу… — он затравленно огляделся. — Он узнает…

— А ты подумай, что страшнее, — Кира создала в руке шаровую молнию. — Гнев твоего Главного или то, что мы можем сделать прямо сейчас?

Снаружи, словно в подтверждение её слов, раздался утробный рык — похоже, стая наконец собралась полным составом.

— Может, всё-таки откроем вход? — я сделал вид, что встаю.

— Нет! — Сергей вскинул руки. — Я… я скажу. Только…

— Только что?

— Вы должны меня защитить, — он говорил быстро, сбивчиво. — Если он узнает, что я рассказал… Мне нужны гарантии!

Мы с Кирой переглянулись. Я чувствовал — он не врёт. Действительно боится своего Главного больше, чем нас.

— Хорошо, — я кивнул. — Ты остаёшься в группе. Пока выполняешь условия — защитим.

Сергей глубоко вздохнул и начал рассказывать. А я слушал, анализировал и понимал — это только начало. Похоже, мы случайно наткнулись на что-то гораздо более серьёзное, чем простой налёт Разрушителей…

— Расскажи мне о вашем Главном, — я внимательно следил за реакцией Сергея. — Кто он такой?

Пленник нервно облизнул губы, явно собираясь с мыслями.

— Главный… он не такой, как мы все, — начал он тихо. — У него есть ближний круг — шесть человек. Они всегда с ним, с самого начала.

— А второй круг? — уточнила Кира.

— Есть и второй, — кивнул Сергей. — Но те уже послабее будут. И уровни пониже, и способности не те, и… не такие древние.

Я заметил, как он выделил последнее слово.

— Что значит «древние»?

Сергей глубоко вздохнул:

— Главный… он с планеты, которую Система уничтожила. Своими волнами или экспериментами — мы и сами точно не знаем.

— Погоди-ка, — я подался вперёд. — Объясни подробнее.

— Мы, — он обвёл рукой вокруг, словно указывая на всех Разрушителей, — по сути такие же, как вы.

В его голосе появилась нотка горечи.

— На его планете было больше двадцати волн, — продолжил он тише. — И он их все пережил. Вместе со своим ближним кругом. Вы можете себе это представить⁈

Мы с Кирой переглянулись. Двадцать волн… это звучало как что-то за гранью понимания.

— А как же вы? — Кира нахмурилась.