Месть женщины

Они переезжали с места на место: Рим, Мадрид, Париж, Вена… Шикарные, похожие друг на друга отели… Туалеты от Диора, Кардена, Валентино… Подобострастно улыбающиеся лица метрдотелей и гостиничной обслуги… Широкие кровати, как бы нарочно предназначенные для занятий любовью…

Берни оказался заботливым мужем, хорошим любовником, но ее попытки проникнуть в его мысли, не говоря уж о душе, ни к чему не вели. Он лишь трепал жену по щеке и говорил: «Син, голубушка, тебе там не понравится, поверь мне. К тому же я настоящий дикарь, и еще никому не удалось меня приручить».

Но Синтии так хотелось приручить мужа, иначе, казалось ей, в их браке нет никакого смысла.

Через месяц чета Конуэй вернулась в Америку. Бернард ничего не имел против Беверли-Хиллз. Когда-то их теперешний дом принадлежал известному кинорежиссеру. Это была образующая окружность анфилада комнат с огромными окнами, в центре которой располагался большой круглый зал с фонтаном.

На склоне поросшей калифорнийской сосной горы Синтия устроила вольеры с хищниками.

Они грозно рычали на рассвете, и тогда она испытывала сильнейшее желание и, отдаваясь Бернарду, до крови впивалась зубами в его руки и плечи. Она очень скоро почувствовала, что беременна, но мужу об этом не сказала — боялась, что он начнет относиться к ней брезгливо. Она слышала от матери, что отец брезговал ею во время беременности и завел любовницу.

Еще когда они только стали мужем и женой, Синтию поразил один эпизод. Бернард, с которым они только что играли в теннис, а сейчас присели в тени на лужайке выпить минеральной воды, тот самый Бернард, который всего минуту назад смеялся и веселился точно маленький ребенок, машинально раскрыл лежавшую на столике французскую газету и вдруг, впившись глазами в первую полосу, издал какой-то странный звук, похожий на сдавленный стон.

— В чем дело? — спросила Луиза, похожая в своем длинном белоснежном платье, шляпе с широкими полями и длинным струящимся шарфом, завязанным большим бантом вокруг тульи, на юную инфанту.

 — Что-то произошло на бирже?

Бернард не удосужил ее ответом. Он вдруг швырнул газету на траву и велел официанту принести все сегодняшние французские газеты. Пока он их просматривал, с шумом переворачивая листы, Синтия осторожно подняла газету, которую муж только что бросил. Она увидела на первой полосе фотографии изуродованных трупов двух мужчин, остов сгоревшей машины и жирный заголовок: «ЛЕТУЧЕГО ГОЛЛАНДЦА НАСТИГ ГАРПУН КИТОБОЯ. В ПАРИЖЕ ПОДОРОЖАЛ ГЕРОИН».