Месть женщины

Прошу тебя, помоги ей…

— Ты больше не любишь меня. Я все понял — это предлог от меня отделаться.

Он стоял жалкий и растерянный посреди пустынного в этот ранний час вестибюля клиники, и у Маши вдруг больно сжалось сердце.

— Я всегда буду рядом с тобой, — прошептала она, глядя куда-то в сторону. — Что бы ни случилось. Только помоги бедной Сью…

Лючия пребывала в непоколебимой уверенности, что ее брат занялся чем-то нехорошим, к тому же хочет втянуть в это дело Марию. Последнее время ее невестка, когда-то отличавшаяся упорным решительным характером, стала пассивной и мягкотелой, как моллюск без раковины, и плывет по течению.

Да и Франко изменился — пристрастился к спиртному, дерзит родителям, часто повышает голос даже на свою любимицу Лиззи. По мнению Лючии, ее брат был типичным неудачником — ни в деле не везет, ни в любви. Лючия была просто уверена в этом. Плюс ко всему, она знала, что, согласно статистике, именно на долю неудачников приходится самый большой процент убийств, краж, они же оказываются, как правило, замешанными в темных делах. Да, да, она читала об этом в одной очень серьезной книге. В ней все было обосновано логично и в высшей степени убедительно.

С помощью Аделины Лючия установила точное время первого звонка из Парижа. По счастливой случайности у нее оказалась знакомая телефонистка, которая дежурила в тот самый вечер. Лючия наплела Маддалене Бог знает что (откуда только фантазии хватило!): про отца Марии, за которым следят агенты КГБ (что скрывается за этой аббревиатурой, Лючия, разумеется, не знала), про своего благородного брата, взявшегося помочь несчастному, ну и в том же духе.

Маддалена уши развесила и лишь охала да ахала, но тем не менее пообещала все выяснить. Лючия, зная привычки родителей подслушивать все без исключения телефонные разговоры, сказала подруге, что будет ждать ее сразу после работы у выхода. И пояснила при этом таинственным шепотом и озираясь по сторонам, что «у Москвы длинные руки». (Эту фразу произнесли раз двадцать в каком-то шпионском телесериале, она ее не поняла, но, к счастью, употребила к месту.

)

Маддалене удалось узнать номер, с которого звонили, но она, заинтригованная рассказом подруги — всю ночь бедняге снились кошмары со стрельбой и взрывами — выяснила вдобавок, что этот номер принадлежит частной клинике в Париже. О чем и сообщила подруге, тоже, разумеется, соблюдая необходимые меры предосторожности.

Лючия и виду не подала, как потрясло ее это открытие.