Месть женщины

Они не станут трахаться просто так, скуки ради, как это делают самцы и самки.

Но я очень хочу А-2. Сейчас! Сию минуту!! Что делать???

Ночь. Луна. «Она меня за муки полюбила».

Тьфу, наоборот. Но разницы нет никакой.

Для меня.

Старуха собирает у себя на квартире творческо-артистическую молодежь и почему-то пригласила меня. Приглашение передано через А-2.

Сегодня играли «Ромео и Джульетту». Успех, успех. Это был дневной спектакль. Старуха спешила на прием к Кухарскому или еще какой-то шишке из минкульта и бросила нас в объятья друг друга.

— Она пыталась покончить с собой, когда…

— Когда застала тебя с моей мамой, да?

— Увы. Прости меня.

— За что? — искренне удивилась я. — Мама еще вполне сексапильная женщина. Одобряю твой вкус.

— Ты без комплексов.

Я заметила, как тщательно вытирает он свой член салфеткой.

— Она нюхает твое нижнее белье? — поинтересовалась я.

— Не будем об этом, ладно? Третьего приезжай к шести. Ты ей очень понравилась.

— Вот уж не чаяла. — Я достала из Фантикового сейфа початую бутылку коньяка (код замка, думаю, знает даже уборщица, но поскольку там обычно нет ничего, кроме пустых стаканов и нескольких капель какой-нибудь «табуретовки», Фантика это не колышет.) — А как она пыталась с собой покончить?

— Мне бы не хотелось об этом вспоминать, — сказал А-2, натягивая джинсы.

— Если ты не расскажешь мне все сейчас же и в подробностях, я постараюсь, чтобы ей донесли о нашем с тобой романчике. Подробно и в сочных тонах.

А-2 посмотрел на меня так, как смотрит на хозяина собака, которая его очень боится и очень любит, но в данный момент с удовольствием бы тяпнула за руку.

— Она… выпила нембутал. Даша заподозрила неладное и вызвала…

— Я просила в подробностях, если ты помнишь, — перебила я, надела трусики и уселась на Фантиковы бумажки.

Я протянула ему полстакана какой-то бурой дряни. Он дернул одним махом.

— Она заперлась в спальне. Я стучал, она не впустила. Я слышал, что там играет музыка — она поставила свой любимый диск: «Реквием» Верди с Ренатой Тибальди. Через неделю она должна была петь «Реквием» в Осло. Я решил отложить объяснение до утра. Выпил пол бутылки водки и…

— Ты страдал? — уточнила я.

— Мне было гадко. Словно я обманул родную мать. Даже, наверное, еще похуже.