Месть вора

Погостишь у нас денька три, как у Христа за пазухой, а там со своим человеком тебя в тепловозе до Магистрали, до Микуня, отправим.

– А дальше?

– Гоше Китайцу тебя там передадут. Ксиву какую-никакую получишь, а уж куда дальше, того я не ведаю… Ладно, Коста, что-то мы с тобой заболтались. Пошли наверх, что ли, а то братва заждалась. Да и пироги зачерствеют…

В горнице за длинным, заставленным всевозможной снедью столом кроме Ирины я обнаружил еще семерых человек – троих мужиков примерно моего возраста, похожих, словно родные братья, и четверых представительниц прекрасного пола.

– Голован… Артем Амикан… Макс, – представил мне мужиков Шершавый. – Братья родные они, Макс с Амиканом. А Голован – их двоюродный, – пояснил он, и я улыбнулся, подумав, что успел догадаться об этом и без подсказки. – С бабами сам познакомишься. Ирку знаешь уже… Че, клуши, расселись?! – прикрикнул на женщин Шершавый.

– Алена, – тут же церемонно протянула мне тонкую ручку самая младшая, состроила на мордашке загадочную улыбку и буквально за доли секунды раздела меня глазами.

– Мария, – буркнула самая старшая, лет сорока с гаком, и удивила меня, сообщив: – Жена вот этого алкоголика. – Она приникла щекой к саженному плечу Голована, и только тут я обратил внимание на то, что тот уже здорово в подпитии. Если не сказать более. Сидит, уткнувшись взглядом сомнамбулы в блюдо с салатом, и ничего, кроме этого блюда, похоже, не замечает.

Двух остальных женщин – полногрудую блондинку с толстым слоем косметики на круглом лице и симпатичную худенькую брюнетку, вообще без косметики – звали соответственно Ольга и Вика.

– Дюймовка и Сыроега, – добавила к их именам погоняла Ирина.

А я определил, что обеим не больше двадцати пяти лет, и сразу решил, что с любой из них, а то и с обеими сразу я не прочь провести следующую ночь. Если, конечно, никто из мужской половины компании не предъявит мне претензий по этому поводу.

«Или мне предназначена малолетка? – подумал я, усаживаясь за стол рядом с ней. – А может, Ирина с ее уродливым шрамом и сиплым прокуренным голосом?»

– Накладывай, Коста.