Месть подана, босс!

– А ты-то куда лезешь? – возмутился кривоносый.

– Проконтролировать, – заявил здоровяк. – Это всё занимательно звучит, но я тоже много чего распечатать могу и предъявлять. И вообще ты больше на маньяка похож. Орёшь, бумажками размахиваешь…

Вот таким составом мы и поехали к Маркову в офис.

– Меня Савелием зовут, – буркнул кривоносый.

– Антон, – отозвался здоровяк.

– Ксения, – вздохнула я, – может, позвонишь Давиду и…

– Нет, – отрезал Савелий, – нужно живое доказательство. Пусть успокоит свою душу. Давид места себе не находит! Я вообще своего друга в последнее время не узнаю.

– Фокусник-неудачник, – ответила я и отвернулась, глядя в окно.

Савелий до офиса Маркова домчал быстро. Я бы даже сказала, мгновенно, нарушив все правила дорожного движения, какие только было можно. В конце за нами даже увязалась патрульная машина, но Савелий рванул через дворы и начал плутать в них, оставив дорожных полицейских с носом.

В офисе Маркова стояла тишина. В кресле секретаря сидела перепуганная Алина, бухгалтер. Она сжимала побелевшими пальцами телефонную трубку. На столе высились кипы бумаги с распечатанными объявлениями о моей пропаже.

– Босс у себя? – спросил Савелий у временного секретаря.

– У себя, – пискнула бухгалтер, – только к нему нельзя… Давиду Антоновичу позвонили недавно и пригласили на опознание.

– Аллилуйя. Она воскресла, – язвительно отозвался Савелий, отходя в сторону и показывая на меня пальцем.

Бухгалтер изумлённо моргнула. Савелий забарабанил в дверь директора.

– Марков! Открой немедленно!

Сначала была тишина, потом Марков выдал такой поток разъярённого мата, что бухгалтер ещё больше побледнела и безвольным мешком упала в кресло. Здоровяк кинулся ей на помощь, обмахивая листом бумаги.

– Давай, коза, действуй!

– Сам ты… – зашипела я и осторожно поскреблась в дверь.

Внезапно ноги ослабели, а сердце заколотилось, как сумасшедшее. Я и без того чувствую себя не самым лучшим образом, вина съедает меня, а тут ещё и куча посторонних зрителей, замерших в ожидании представления.

– Да что ты скребёшься, как мышь? – рявкнул Савелий и забарабанил кулаком.